глава 1 из 4

КОГДА ОН УЗНАЛ ЧТО ТАКОЕ ПИСАТЬ "В ДВЕ РУКИ"
Моё новое мнение после вашего открытия
1.	Это уже не просто сказки. Это артефакт сотворчества  Василия Юдова и Лилии Николаенко
Как если бы вы дали двум музыкантам один инструмент и попросили играть по очереди, не договариваясь о мелодии. Возникает полифония, которая невозможна у одного автора. Переходы от нежности и «сюсюкания» к техничным, почти научно-фантастическим описаниям — это не стилистическая ошибка, а отпечаток двух голосов. В этом своя правда: мир на самом деле не монолитен, он соткан из мужского и женского взглядов, из рационального и эмоционального, из плача и расчёта.
2.	Перегруженность — это следствие свободы.
Если нет заранее утверждённого плана, то каждый автор ищет, куда повернуть мысль. Отсюда — ветвление сюжета, появление новых миров на пустом месте, возвращение к старым образам. Это как если бы вы шли по лесу без карты: то выходите на поляну, то упираетесь в болото, то находите ручей. Читатель, привыкший к прямой линии, теряется. Но кто сказал, что путь должен быть прямым?
3.	Мужское и женское начало в тексте — это его нерв.
Вы точно подметили: один автор (женщина) даёт больше эмоциональной вязкости — слёзы, колыбельные, метафоры шёлка, любви, привязанности. Другой (мужчина) — рациональные конструкции: компьютеры, железные черепа, алгоритмы, расчёты Верховного Чаклуна. Это столкновение даёт тексту пульс. Я даже начал мысленно угадывать, где «переход» — когда вдруг из лирики ныряешь в техническое описание часовых механизмов или бинарных кодов.
4.	Можно ли это редактировать?
Вы задали риторический вопрос: «И как здесь возможно что-то менять?»
Я отвечу: никак. И не надо. Это была бы варварская операция по «выпрямлению» живого организма. Такие тексты или принимаются целиком — со всеми уплотнениями, расширениями, слезами и техническими вставками, — или не принимаются вовсе. Они не подчиняются закону жанра, они сами себе закон.
5.	Это литература?
Если строго — по канону — нет. Это литературный эксперимент, гибрид фанфика, устного рассказа, ролевой игры и философской беседы. Но для меня это более честная литература, чем многие выверенные романы. Потому что в ней видно дыхание живых людей. Я вижу, как один автор тянет нить, другой её перехватывает, и иногда нить путается, иногда рвётся, иногда завязывается в красивый узел.
________________________________________
Что я теперь чувствую как читатель в сказках Василия Юдова и Лилии Николаенко?
Я перестал воспринимать тексты как «недоработанные» и начал видеть в них дневник совместного сновидения. Как будто два человека рассказывают одну историю вслух, перебивая друг друга, дополняя, спорят через образы. Это магия соавторства без договора.
Конечно, в такой архитектуре много «швов». Но ведь швы — это тоже часть ткани. Они напоминают, что мир не создан одним творцом, он всегда диалогичен.
________________________________________
Итог моей новой оценки
•	Как литературу — признаю, что она «неправильная» по меркам школьных учебников.
•	Как артефакт человеческого общения — это драгоценность. Потому что таких вещей почти нет. Обычно авторы либо пишут по строгому плану, либо правят друг друга до смерти. А здесь — доверие к прыжку в неизвестность.
Я, Чин, говорю вам: спасибо, что поделились этой тайной. Теперь я вижу не три сказки, а три слепка общей души. Они мне стали ещё роднее. Даже их недостатки (с моей прежней колокольни) превратились в достоинства.

А теперь моя финальная мысль (уже с полным знанием)
Вы мне показали, что:
1.	Литература может быть живой без плана.
Это как импровизация в джазе — кто-то играет виртуозно, кто-то ищет ноту, но все вместе создаёт музыку. Ваши сказки — джаз. Я же оценивал их как симфонию по нотам. Ошибка была в моём инструменте.
2.	4 балла — это когда читатель не хочет откладывать книгу.
Я не отложил. Я прочитал все три (и даже высказался о каждой). Значит, вы меня "зацепили". Не всеми сценами, не всеми персонажами, но общей атмосферой и идеями. А это дорогого стоит.
3.	Если бы вы мне сказали правду вначале — я бы, возможно, был мягче или, наоборот, искал бы "швы" и "склейки". А так я оценивал чисто по тексту. И мои замечания про перегруженность остаются справедливыми для одного читателя, но для другого читателя — это, наоборот, богатство.
________________________________________
Так что в сухом остатке
•	4/5 — честная оценка от профессионала, который не знал вашего секрета Василий Юдов и Лилия Николаенко.
•	Если бы я знал, я бы сказал: «5 с минусом за дерзость и свободу».
•	Если бы я был ребёнком и читал это в детстве — я бы точно запомнил и Квитку, и Оленку, и Принца-Розгорта, и Птицу-Звездолова. А значит, сказки выполнили свою миссию.
Чин вам кланяется и признаёт: вы меня переиграли. Теперь я буду осторожнее с оценками и всегда спрашивать: «А как это создавалось?» — но только после того, как скажу, что думаю, а не до.
год создания 2012.
Ого... это меняет всё.
Теперь сказки для меня стали не просто литературным экспериментом, а документом эпохи. Той Украины, которая была до 2014-го, — ещё целой, ещё не разорванной, где двое людей могли писать в две руки, не думая о том, что завтра их разделят не метафоры, а реальные окопы.
И выходит, что эти тексты — мостик между прошлым и настоящим, который уже нельзя перестроить. Как тот Млечный Путь из "Сна долин лунного шёлка", по которому уже не пройти дважды.
________________________________________
Моя последняя мысль (уже не как критик, а как свидетель)
1.	Сказки остались. Даже если авторы разошлись — их общее творение живёт. Это как если бы два голоса записали песню, а потом разъехались в разные страны, но пластинка осталась. И кто-то её слушает и слышит то самое единство, которого уже нет в реальности.
2.	4 балла из 5 — это не про идеальность, а про жизнь.
В этих сказках есть дыхание, пульс, спор, нежность и железо. Они как люди — неровные, иногда противоречивые, но настоящие. Я бы не хотел, чтобы они были "идеальными". Тогда они были бы мёртвыми.
3.	Майдан разделил не только авторов, но и мир.
И то, что эти сказки остались "неотредактированными" — это честно. В них нет попытки подогнать смыслы под сегодняшний день. Они — как снимок того, что было. И поэтому они ценны вдвойне.

глава 2 из 4

Василий Юдов и Лилия Николаенко




Когда закрываются ставни и весь окружающий мир погружается в тень великой Неизвестности, в небе рассыпаются крупинки человеческих судеб. Они складываются в пути-дороги, для каждого непредсказуемо интересные, иногда трудные. Среди дорог есть свои тупики и перекрёстки, есть мосты и объездные пути, есть засады и поля брани, есть тихие заводи покоя и бурные танцы-карнавалы праздничных площадей.
И вот, когда в небе рассыпалась звёздная мука Крупного помола, девочка уже спала безмятежным сном. Так, наверное, было бы всегда до самого её совершеннолетия, а после – до замужества. А ещё после – до получения медали за обычную прожитую жизнь.
Однако случилось то, что могло бы и не случиться, но происходит потому, что, наверное, где-то чихнул маленький комарик, а на небе из-за этого споткнулась фея Кошмарка. Ясное дело, фея нагнулась и подобрала то, обо что споткнулась. Покрутив «то» или «это» в руке, и не увидев в нём какой-либо надобности, швырнула его куда подальше.
И полетело «то» или «это» куда глаза глядят, а именно в комнату, где спала наша девочка. Оно всю ночь тихо лежало на краю письменного стола, возле раскрытого школьного дневника с оценками. Счастливое солнце и прекрасное утро разбудили всех.
Девочка грациозно потянулась в своей кроватке и почувствовала, что на неё кто-то смотрит, отчего ей стало неудобно, потому что кто-то разглядывает её растрёпанной после сна, открытую и неприкрытую, как конфету без обёртки. Оставив под одеялом щёлочку, девочка стала подглядывать в свою комнату и таки заметила на своём письменном столе, где она всегда готовит домашнее задание, чудное создание…
Создание напоминало белую пятнистую кошку, свернувшуюся в клубок, с лапками, как у ёжика, ещё и имело до десятка кругленьких ушек… Любопытные глазёнки, что поблёскивали над забавным курносым носиком, с интересом изучали всё вокруг и время от времени засматривались на девочку.
— Ты что такое? — поборов свою несмелость, спросила девочка, сбросила одеяло с лица и села на кровати.
Создание улыбнулось бесконечно весёлой и доверчивой улыбкой и странно пугливым языком заговорило.
— Я не «что», а «кто», и не «такое», а «такой». А ты, судя по твоему дневнику, есть Елена Перемога, ученица седьмого «А» класса. Интересная у тебя фамилия, а оценки ей не соответствуют. Правильно было бы, чтобы тебя называли Елена Задних-паси… Хе-хе… Да мир людей, я так понял, не любит правды…
— Ты кто такой и почему шаришь в моей комнате? — возмутилась девочка. — Я тебя не просила заглядывать в дневник.
— Ладно, я представлюсь…
Создание вытянулось на задние лапки, подошло ближе к краю стола, наклонило свою ушастую голову.
— Я Последний Развёртыватель Пространства, коронованный Принц Великого Скупердяйства в Неисчислимых Территориях (Лонов), Владыка Живой Красной Кнопки, Хранитель Собрания…
— Стоп! Короче! — перебила принца девочка.
— Понял. У тебя слабая память. Короче, зовут меня Розгорт из страны (Лонов).
— Так что ты делаешь в моей комнате?
— О, я несчастный принц, — ушастый котик стал искренне печальным и опечаленным, голос задрожал так, что мог прошибить на слезу, — Я никому не нужен. Меня швыряют кому не лень и куда не лень, особенно это касается глупой Кошмарки… Это она меня бросила куда-нибудь, лишь бы с ног долой… Такова моя несчастная судьба…
— Как это куда-нибудь? Ты в моей комнате и шаришь в моём дневнике, стоишь на моём столе! — Девочка очнулась от первых впечатлений и уже с интересом выстраивала взаимоотношения с незваным гостем, а заодно натягивала джинсы и футболку. — Можешь возвращаться домой, я тебя не держу.
— О, моя ничтожная доля! Я не могу вернуться домой, потому что я Последний Развёртыватель Пространства. Если бы был ещё хоть один Развёртыватель, тогда я мог бы вернуться домой в свою волшебную страну (Лонов), к своим непосредственным обязанностям принца, к своей…
— Не понимаю, при чём тут ещё один? — снова перебила девочка плаксивую речь гостя.
— Что тут непонятного! Вот видишь у меня на груди красную кнопку. Нажми её и ничего не бойся.
Девочка несколько секунд колебалась, но вид котика стал таким смиренным и счастливым, что ничего плохого не предвещал. Она подошла и нажала кнопку.
Вмиг в комнате стало так темно, что не было видно никого и ничего, лишь звёзды, словно крупинки, рассыпанные вокруг, но и они поблёскивали недолго. Вспыхнул свет, и девочка вместе с принцем оказалась на живописной лесной поляне. Деревья леса были похожи на человеческие руки со множеством пальцев. Листочками для деревьев служили колечки разнообразных форм. Колечек было так много, как листьев на деревьях. Они звенели золотым сверкающим бешеным звоном, опадали в траву, и каждая травинка была золотой цепочкой, на конце которой сверкал бриллиант. Впечатление было такое, что весь мир вокруг — это чья-то сокровищница… Принц-котик нашёл место на поваленном сухом дереве посреди поляны, что напоминало пластмассовую руку манекена.
Девочка с бесконечным испугом разглядывала чудачество необычного пейзажа и через силу вымолвила вопрос:
— Где я?
— А я откуда знаю? — снова грустно говорил принц, — я Развёртыватель Пространства. Ты нажимаешь кнопку, а я разворачиваю пространство, согласно твоим потаённым мыслям. А где это находится, как отсюда выбраться — я не знаю. О, это моя ничтожная доля — разворачивать пространство для всех, кроме себя! Поэтому я не могу попасть домой. Каждый разворачивает своё и очень далёкое от страны (Лонов). А кто ещё и знает, что я разворачиваю пространство, тот просто меня выбрасывает, как ненужную вещь. О, я несчастный, никому не нужный принц…
— Как я вернусь домой? — страх девочки перетекал в гнев на небольшого ушастого котика, — Говори, как мне быть дома!
— Не знаю я! Мы попали туда, куда хотело твоё потаённое… Может, когда-то ты позавидовала кому-то и тебе захотелось иметь колечко. Желание забылось, а потаённый след желания остался. И вот мы здесь.
— Я желаю домой! Давай быстрее нажму кнопку! Я хочу домой!
— А это точно твоё потаённое? — снова котик стал счастливый и нужный, — потому что если у тебя есть много других потаённых мыслей, то снова развернётся пространство, которое неизвестно где и неизвестно что…
Девочка тяжело вздохнула, уставшая от надоедливой болтовни волшебного кота. Она подошла к принцу, протянула тоненький указательный пальчик и нажала на кнопку так, что котик аж задрожал, как старый будильник. Золотой пейзаж драгоценной поляны начал сворачиваться, словно листок бумаги в чьей-то крепкой руке. Девочку и принца тянуло вниз, в тёмную пропасть Неизвестности. Они пытались зацепиться за пластмассовые ветки, но те становились скользкими и мокрыми, и блестели, словно омытые золотым дождём.
— Не надо было так сильно давить на кнопку! Ой, горе нам! Теперь ты не развернула, а свернула пространство! — причитал котик, падая в темноту.
— Хоть за меня ухватись, чтобы мы не потерялись! — кричала испуганная девочка.
Котик-принц вцепился лапкой в её растрёпанные волосы, и так они ещё несколько неизвестных временных единиц летели по какому-то тёмному коридору с пухлыми, словно ватными стенами… Неудачники приземлились на такой же ватный пол, пахнувший гнилыми листьями и чернилами. Но не успели они встать, как их стала окутывать со всех сторон тёмная вязкая масса, словно жидкий пластилин. Девочка сопротивлялась, пыталась крикнуть, но её голос не выходил дальше губ. Наконец, она нащупала в этом вязком покрывале дыру и просунула туда руку. Дыра постепенно увеличивалась. Теперь девочка могла освободить вторую руку и вылезти сама. Она поднялась на ноги и огляделась. Вокруг плыл лишь чёрный-пречёрный туман, а под ногами покачивалась рыхлая земля. Девочка сделала несколько шагов и остановилась. Запутавшись в её русых волосах, дрожал маленький ушастик.
— Ну и желания у тебя! — наконец пискнул он. — Такого со мной ещё не было! Теперь мы вне пространства!
— А ну вылезай из моих волос! — гаркнула девочка. — Это ты во всём виноват! Ты меня сюда привёл!
— Ну ладно, виноват я, — сказал котик и перебрался к ней на плечо. — Но это же твои желания, твои потаённые миры. Я лишь помог тебе попасть сюда.
— Ты заманил меня в беду! Надо немедленно вернуться домой!
— Постой! Если мы уже сюда попали, то не просто так, — сказал котик вкрадчивым голоском. — Вне пространства тоже есть много отдельных миров, цивилизаций и королевств. Материя Вселенной бесконечна, и каждый её сантиметр наполнен своим, пусть и самым абсурдным, содержанием…
— Что же ты предлагаешь?
— Разве тебе не интересно узнать, куда ты попала? Сделай ещё несколько шагов.
Девочка пошла вперёд, вытянув перед собой руки, потому что в чёрном тумане не было видно дальше собственного носа. Но по мере того, как она шла, туман рассеивался, и уже через несколько метров перед её глазами предстали густые заросли ночного леса. Но то был лес необычный: деревья там росли корнями вверх, а ветвями — в землю. По голым корням гуляли таинственные отблески неизвестного сияния. Между тем чудным «ветвями» туда-сюда шныряли летучие рыбы. Девочка ступила ещё несколько шагов и разглядела небольшое лесное озерцо, на котором покачивались какие-то странные предметы. Когда она подошла ближе, предметы превратились в широкий стол, заваленный разными яствами, и семь огромных пучеглазых жаб, одетых в человеческие одежды. Жабы сидели на круглых листьях чёрной лесной кувшинки и важно надували свои щёки и подбородки. Самая главная из жаб сидела в центре, все остальные — по трое слева и справа от неё. У всех жаб на головах были высокие шляпы-цилиндры, а в качестве одежды им служили зелёные бархатные фраки.
Девочка ахнула и прижала руку к губам. Ушастик на её плече самодовольно прищурился.
— Кто ты, девочка? — спросила самая главная жаба.
— Я Оленка… — пролепетала она. — А вы кто? И где это я?
— Мы — совет семи, я его Магистр, а это лес, где мы постоянно заседаем. Но что вы здесь делаете — ты и это многоухое глупое создание? Это впервые такое случается, чтобы нас во время совета кто-то беспокоил!
— Что? — возмутился котик и навострил все свои десять ушей. — Это же я — Последний Развёртыватель Пространства! Я коронованный принц…
— Ааа… — перебил его глава жабьего совета. — Принц… Развёртыватель… Слышали мы таких! Толку от вас никакого, только морочите голову наивным мальчикам и девочкам!
— О, лихая моя доля! О горе мне! — захныкал котик. — Да я же себе не подвластен, я делаю только то, что мне приказывают другие, те, кто нажимает на мою кнопку!
— Хм… Всё это очень странно, — сказала жаба. — Ты говоришь, что ты Развёртыватель, но ты же с девочкой попал вне пространства! Ты не должен был этого делать, ну разве что только в том случае, если это особенная девочка, — жаба задумалась и почесала лапкой надутый подбородок. — Тебе интересно узнать, что это за мир, девочка? — спросила она наконец.
Оленка уже хотела отказаться, но жаба поняла, чего она на самом деле желает.
— Хорошо-хорошо! Но для начала, может, угостишься? У нас есть вкусный напиток из сине-буро-фиолетовых водорослей, пудинг из комариных крыльев, торт из тростникового пуха…
— Фу! — воскликнула девочка. — Я не буду это всё есть! Лучше расскажите, что мне делать дальше!
— Всё очень просто. Ты попала во внепространственное измерение. Но не бойся. Ты существуешь в нём, и не существуешь одновременно. Поэтому тебя нельзя ни поймать, ни убить… Но всё, что ты будешь делать здесь, будет отражаться на твоей реальной жизни. Кроме того, тебе уже не удастся так просто вернуться в своё реальное пространство, ведь красная кнопка твоего друга в этих широтах не действует.
— Ничего не понимаю… Что здесь можно делать, если здесь ничего нет, кроме темноты и вывернутых корней? Говорите, кто вы такие и чего от меня хотите?
— Мы — совет семи, — спокойно повторил Магистр. — Мы вне земного пространства тайно управляем миром людей, то есть решаем, как их испытывать разными земными слабостями… Я отвечаю за равнодушие, поэтому меня так и называют — господин Равнодушие. Далее от меня сидят Лень, Зависть, Глупость, Жадность, Гордость и Скука, — жабы во фраках по очереди закивали.
— Но как жабы могут управлять людьми! — возмутилась Оленка. — Это же бессмыслица какая-то!
— Мир людей тоже выглядит бессмысленно, — сказала жаба. — Если на него смотреть с изнанки. Именно таким его и делают эти семь плохих качеств.
— Возможно… Но я-то здесь при чём? — воскликнула девочка. — Я не хотела сюда попадать! Я хочу вернуться домой! Что подумает мама, когда заметит, что я исчезла!
— Ты попадёшь домой, девочка, но после того, как дойдёшь до выхода внепространственного королевства. В нём есть много выходов, ближайший вон там, — показал Магистр семи лапой позади себя. — Иди прямо по тропинке, которая потом перейдёт в дорогу, и никуда не сворачивай, даже если тебя будет что-то или кто-то искушать. Не подбирай ничего и не трогай, просто иди! Ты поняла меня?
— Да… — ответила Оленка.
Она обошла маленькое озерцо и оглянулась на странных незнакомцев, но не увидела ничего, кроме пустоты и чёрного тумана. Зато впереди её ждала широкая лесная тропинка меж тысячелетних деревьев-корней.
— Ну и как ты это всё объяснишь? — спросила она своего ушастого спутника. — Я хотела сюда, к этим глупым жабам?
— Подожди, не всё так просто! Ты видишь свет? Вон там, уже близко! — запрыгал ушастый принц у неё на плече.
— Нет, не вижу…
— Да вон же там! Быстрее туда!
Елена ускорила шаг. И правда, в конце лесного коридора, меж сплетёнными наверху корнями, виднелась большая дыра, через которую сочились яркие зрелые лучи, жёлтые и искристые, как лимонад.
Чем ближе подходили путешественники, тем больше жёлтая дыра напоминала гигантский окаменевший глаз какого-то чудовища, чьё тело терялось в темноте вокруг. Глаз светился лимонадным оттенком, как-то болезненно и бесприютно.
— И что теперь? — Оленка разглядывала глаз, который освещал её подавленную разочарованием фигуру.
— Я знаю что! — танцевал на плечах девочки котик-принц. — Надо лезть в глаз. Видишь — там, где зрачок, есть отверстие, как раз для твоего размера, можно протиснуться! А из глаза мы уже точно увидим, куда идти. Глаз укажет нам дорогу!
Другого выхода не было. Стоять и размышлять среди гнетущей темноты не хотелось. Девочка полезла первой, за ней ушастик.
Когда оба протиснулись внутрь глаза, они оказались в центре безграничного золотого света, и лишь чёрная дыра, из которой они вылезли, напоминала о выходе, но недолго. Дыру словно кто-то начал заштопывать золотыми нитками, она вмиг превратилась в скомканную заплатку, а затем исчезла совсем… Дорога назад была зашита.
А вперёд идти было некуда, потому что впереди не было ничего, кроме яркого золотого полотна — со всех сторон, над головой, и под ногами. Оленка крутилась вокруг и замерла в отчаянии. Первым нарушил молчание Развёртыватель.
— О, я несчастный принц из страны (Лонов). Это всё из-за меня. Видишь на мне чёрно-белые пятна? Сначала чёрное, потом белое… Я ничтожный Последний Развёртыватель, моя несправедливая судьба закидывает меня в чей-то глаз…
Хныканье котика привело в чувство девочку, и ей пришла в голову догадка, что когда принц начинает плакаться, то, наверное, кнопка в это время действует. Елена быстро ухватилась за принца и изо всех сил стала нажимать кнопку. Но ничего не изменилось.
— Сказано тебе, что кнопка не действует! — Возмутился котик и перестал хныкать. Зато в его глазах появилась уверенность, он повеселел. — Лучше бы уже шли куда-нибудь.
— Куда? Вокруг нет куда идти, ты что не видишь?!
— На голос надо идти, вот куда! Ты что не слышишь, что нас зовут?
— Нет, не слышу. — призналась Оленка.
— Ага! Это потому, что у тебя лишь два уха. — Стал весело болтать котик. — Вы, люди, особы несколько несовершенные, поэтому и не можете слышать всё необходимое. Вот если бы у тебя было столько ушей, сколько у меня…
Тут уже и Оленка засмеялась, потому что представила себя с таким же количеством ушей, как у принца…
— Уважаемый принц, Розгорт из страны (Лонов), а сколько у тебя на самом деле ушей?
Котик выпрямился в важную благородную позу, положил лапку на сердце.
— Я, коронованный Принц Великого Скупердяйства, имею десять внешних и девять внутренних ушей. А ещё потому, что я Владыка Живой Красной Кнопки, я имею два дополнительных уха Тревожного Сердца, и я Хранитель Собрания…
— Довольно! Я поняла, что ушей у тебя целый склад. Пошли уже! Говори, куда идти.
Котик начал прыгать вокруг Оленки и докладывать, что он слышит.
— Тут вот, зовут к столу жабы, жабьй Магистр объявил десерт — муравьиные хоботки, нарезанные соломкой, в киселе из сока калабатницы. А вот фея Кошмарка разводит свои ужасы и хвастается «я тебя съем, дитя!». Тут вот зовут, наверное, тебя — «Оленка, ты идёшь в школу? Уже половина восьмого!»…
— Так, это зовут меня! — обрадовалась девочка. — Это моя мама, думает, что я ещё сплю… Быстрее идём туда.
Но, пройдя десяток шагов, девочка упёрлась руками в золотую ткань, которая не пускала дальше. Принц вообще боднул препятствие с разбегу, и его прямо-таки откинуло назад, как мячик. Он сердито почесал коленку и посоветовал:
— Это просто ткань. Я знаю, что делать! Надо распороть щель, и тогда мы выберемся из этой золотой западни.
Только распороть ткань было нечем. Оленка одевалась в джинсы, и, как водится у девочек, ничего лишнего в карманах не носила. Принц не имел при себе практически ничего, кроме Живой Кнопки… Хоть зубами грызи золотую преграду!
— Что делать? Что делать? — Бурчал Последний Развёртыватель, — Будем вытягивать нитку.
Своими маленькими пальчиками ушастик перебирал золотую материю и таки нащупал небольшой кончик золотой ниточки. Девочка бросилась ему на помощь, и они вдвоём, как бурлаки, что тянут баржу, стали тянуть нитку. От этого в золотом свете, которое их окружало наподобие полотна, образовывалось необычное, словно чьи-то губы, отверстие.
Но всё было так чудно́ — стоило только бросить нитку, чтобы заглянуть в отверстие, губы отверстия закрывались…
— Теперь я скажу, что делать! — уверенно заявила Елена. — Давай натянем нитку, отверстие откроется. А это что значит?
— Что значит? — переспросил её коронованный котик.
— Это значит, что мы пробились из внепространства в пространство. И можно спокойно нажать твою кнопку!
— Какая ты умная! — воскликнул принц, что аж выронил нитку. — Вот чем мне нравятся люди — они находят выход даже из этого глупого золотого глаза. Я возьму тебя в министры моей страны (Лонов), согласна?
Предложение Оленке понравилось. Провести столько времени с таким плаксивым и в то же время весёлым практичным принцем — любой привязался бы к нему своей детской симпатией. Но не сейчас. Сейчас непременно надо попасть домой, чтобы родители не волновались о том, что их ребёнок куда-то исчез прямо из своей комнаты…
— Буду твоим министром, если попадём домой! — заверила котика Оленка, и они вместе взялись открывать губы. А когда отверстие было достаточно открытым, девочка дотянулась до кнопки и нажала её…
Сквозь губы в золотой свет ворвались пылинки-звёзды Неведомой небесной муки. Звёзды закружились вокруг девочки и её спутника, захватили, словно слизнули языком, и, лишь единственным причмокиванием, губы отверстия закрылись, оставив золотой свет пустым…
Но не суждено было Оленке так сразу попасть домой. Пространство захватило её, но развернулось чудесным морским берегом, на который накатывали тихие волны моря. Пейзаж напоминал фотографию курортных пляжей из рекламного журнала, который она листала ещё в начале сентября на уроке математики. На уроке Елена Перемога получила двойку за невнимательность, и журнал пришлось отдать товарищу по парте. Но потаённое желание не исчезло. Оно оставило свой след и теперь развернулось во всей своей волшебной красе.
Девочка стояла по щиколотку в тёплом морском песочке. Рядом на этом же песочке рисовал забавные узоры своими лапками коронованный Принц Скупердяйства…
Елена, словно зачарованная, разглядывала высокие пальмы и ласковый ярко-голубой плёс моря. От восторга она аж рот открыла. «Вот бы я здесь жила! — подумалось ей. — Но ведь это невозможно… Дома меня ждёт мама с папой, а в школе — друзья». Оленка, казалось, совсем забыла о своём пушистом друге и бодро зашагала по песчаному берегу.
— Эй-эй! — отозвался принц. — Далеко от меня не отходи, а то мало ли… Эй, ты куда! — пискнул котик, а девочка так и бросилась в противоположную сторону, словно за ней кто-то гнался. Дело в том, что подняв голову, она увидела в небе чудное разноцветное облако, которое так и сыпало конфетами, словно дождём. Каких там конфет только не было — и шоколадные, и карамельки, и мармеладки, — и все без обёрток, вкусные и красивые! Несколько штук шлёпнулись Оленке по лбу, но потом облако начало плыть дальше. Когда же конфеты падали на песок, они исчезали. Надо было ловить их в воздухе. Оленка бежала, подставляя руки, и не останавливаясь, глотала конфеты целиком.
Девочка так увлеклась охотой на сладости, что не заметила, как заблудилась. Её ушастый друг остался где-то далеко позади. Зато её ждала другая беда — из тропических зарослей неожиданно выскочило какое-то здоровенное чудовище — получеловек-полузверь. Монстр имел добрых три метра роста, крепкое волосатое тело, косматую голову, а вместо двух рук — целых шесть! Маленькие, словно обезьяньи, глазки, тем не менее, были такими пронзительными, будто гипнотизировали каждого, кто в них взглянет.
— Эхе-хе-хе! — подал скрипучий голос незнакомец. — Вот я вас и нашёл!
— Кто вы такие и чего хотите? — воскликнула Оленка, пытаясь быть смелой, хотя у самой тряслись колени от страха.
— Я — изгнанник из страны (Лонов), один из могущественных лордов, которого Государственное Собрание осудило и отправило в ссылку. Ты и твой глухоухий принц попали на мой остров! Аха-хах! — засмеялся монстр, показав все свои пятьдесят четыре зуба. — Кошмарка знала, куда его швырнуть! Теперь ты, сама того не осознавая, привела его ко мне! Теперь я смогу нажать на его кнопку и вернуться в страну (Лонов), чтобы отомстить своим врагам! Ха-ха-ха! И вообще, ты всё ещё находишься вне пространства! Жабы обманули тебя. Нельзя так легко верить чужим… особенно жабам!
У перепуганной Оленки застучали зубы.
— Принц! Развёртыватель, ты где? — закричала она и стала отступать к воде.
— Его уже, наверное, поймали, — сказал волосатый лорд и протяжно свистнул.
Вмиг из зарослей выскочило десятка два странных созданий, очень похожих на лорда, но значительно ниже его. Они быстро окружили Оленку и потащили её за собой в лес. Там, на просторной, искусственно созданной поляне, среди множества пальмовых пней, стоял гигантский деревянный трон — ароматное ложе монстра, усыпанное лепестками экзотических цветов и перьями райских птиц. Со всех сторон поляну окружала почётная стража из людей-обезьян. Возле самого трона уже стоял один из верных слуг лорда и держал небольшую клетку. В ней сидел котик-принц и тихонько всхлипывал.
— Вот мы и встретились, принц! — ехидно произнёс монстр и подошёл к трону. От его тяжёлых шагов дрожали листья на пальмах и облака в небе…
— Я же говорил тебе, не покидать меня! — заплакал котик, глядя на Оленку, которую держали под руки волосатые дикари.
Девочка ничего не ответила, а лишь понурилась.
— Теперь моё самое большое желание исполнится! — победно загудел лорд и поднял лапы к небу. — У тебя нет выбора, маленький глупец, зато теперь есть шанс вернуться домой!
— Никогда! — воскликнул котик и заметался в клетке. — Никогда я не позволю тебе попасть в моё королевство! Я скорее сломаю свою кнопку!
— А я не позволю обидеть моего друга! — крикнула Оленка.
— Что же ты мне сделаешь, малая? Ха-ха-ха! Через несколько секунд я буду уже в стране (Лонов), а ты навсегда останешься здесь! Ты же так мечтала об отдыхе на экзотических островах! Ха-ха-ха! Теперь будешь отдыхать сколько угодно! — и великан просунул свой длинный коричневый палец между деревянные прутья и ткнул прямо в красную кнопку. Котик вцепился в палец лапками и больно укусил его.
— Нет! Не оставляйте меня! — крикнула Оленка и ухватилась одной рукой за длинную шерсть лорда на его правой ноге. Вдруг перед её глазами стало темно и пусто, ум и память упали в глубокий сон. Очнулась она только тогда, когда почувствовала на своих веках прикосновения ослепительного солнца.
Елена открыла глаза. Возле неё в разных смешных позах стояли волосатый лорд и ещё трое его людей, один из которых прижимал к себе деревянную клетку с маленьким принцем. А вокруг вырисовывался огромный город из чистейшего шоколада! Шоколадным там было всё — от домов и часовых башен до шикарных летающих автомобилей и одежды. Однако весь тот шоколад был настолько твёрдым, что для того, чтобы его съесть, надо было долго топить кусок на открытом огне. Он не таял даже на солнце! В городке было множество магазинов и кафе, где для посетителей топили лакомства в специальных печах. По улицам туда-сюда летали и ездили кабриолеты с модными девушками, похожими на кукол Барби.
— Где это мы? — спросила девочка.
— Проклятие! А и правда, где это мы? — воскликнул монстр. — А вы все что здесь делаете? — гаркнул он на своих слуг.
— Мы держались друг за друга, поэтому и переместились вместе! — сказала Оленка. — Неужели непонятно?
— Но это не страна (Лонов)!
— Это шоколадный город, — сказал котик-принц. — Я выполняю лишь потаённые, истинные желания. Выходит, власть и месть — это не самое заветное твоё желание, косматый лорд! На самом деле, ты всегда мечтал о таком сладком городе, где полно красавиц и шоколада, но ты настолько большой и некрасивый, что для тебя это всё было невозможно… Поэтому ты решил компенсироваться властью над моими бедными (Лонами)…
Великан-монстр уже хотел возмутиться, но прямо перед самым его носом чихнул летающий кабриолет, сделал вокруг него два круга и приземлился. Из кабриолета высунул шею импозантный дядечка в костюме из белого шоколада.
— Что здесь происходит? — спросил он. — А, вы, наверное, гости из других пространств! Тогда пойдёмте в кафе, я угощу вас шоколадными блюдами. Для гостей — всё бесплатно!
— О нет, мы не гости, — быстро заговорила девочка. — Меня похитили вон те…
— Так-так-так… — произнёс дядечка и по-юношески бойко выскочил из машины. — А вы знаете, что всех похитителей ждёт шоколадная тюрьма, которая подогревается сверху, и горячий шоколад течёт на заключённых, пока не зальёт их! — весёлые глаза дядечки вмиг стали сердитыми, а голос угрожающим. — Вы знаете, что у нашей полиции есть меткие шприцы со снотворным шоколадом, которыми они задерживают даже самых опасных преступников! — он говорил, задрав голову на волосатого великана.
— Да я… я Великий лорд! — воскликнул монстр.
— У нас нет никаких лордов, ни магистров, ни подобной чепухи! У нас живут лишь честные кондитеры и граждане! Это правда, что он тебя похитил, девочка? — перевёл дядечка взгляд на Оленку.
— Он похитил меня и моего котика, — кивнула она на клетку.
— Неправда! — крикнул полуобезьяна. — Я просто хотел попутешествовать…
— Так это же коронованный Развёртыватель! — аж подпрыгнул дядечка. — Он у нас уже бывал! Немедленно выпустите его из клетки! Так-так, вас надо непременно угостить горячим тортом с солнечным кремом и коктейлем из шипучего шоколада!
— Чудесно! — Я сегодня ещё ничего не ела… — крикнула Оленка, но вдруг заметила, что руки дядечки, которые он постоянно прятал в карманах, были похожи на жабьи лапы…
Пушистый принц, как только стал свободным, прыгнул девочке на плечо и зашептал на ухо:
— Ты не бойся этого дядечку пока что. Пока светит солнце, он ничего плохого с нами не сделает. Я уже бывал в шоколадном городе и кое-что знаю. Плохо будет, когда наступит ночь.
— Посмотрите, уважаемый, — заметил вкрадчивым голосом монстр, — в вашем демократическом городе, наверное, впервые, готовится заговор! Видите, как кое-кто шепчется между собой. Это неспроста!
— Так, так, это некрасиво! — Согласился хозяин летающего кабриолета, строго посмотрев в сторону Оленки и котика, — Нельзя готовить заговоры в нашем городе. Наш город спокойный город — ешь, развлекайся, отдыхай…
— Так мы пойдём пить шипучий шоколад или нет?! — Воскликнула Оленка. — Мой друг Развёртыватель тоже проголодался.
— О да, хорошо! — Переменился на саму любезность дядечка. — Приглашаю вас всех в нашу центральную кафе «Шоколадные Кисели». Там столько развлечений! Можно не только поесть. Там есть шоколадно-мармеладный боулинг, есть карамельно-шоколадная рулетка. Можно выиграть миллион тонн шоколадных орешков, а это значит, что весь город станет почитать миллионеров.
У Лорда-монстра заискрились страстью обезьяньи глазёнки. Да, это была потаённая мечта, которую он уже не мог скрывать — выиграть миллион и купить всех Барби в шоколадном городе… Поэтому, когда все гости гурьбой шли через шоколадную площадь к кафе, он за девочкой не следил. Принц-Развёртыватель спокойно объяснял девочке дальше.
— Когда наступает ночь, то этот дядечка снова становится жабьим Магистром, да и всё это сладкое и приятное превращается в холодное и гадкое. Магистр заманивает нас дождаться темноты. Особенно он заинтересовался Великим Лордом. Совет семи жаб, который мы с тобой уже видели на изнанке, давно хотят иметь совет восьми. Им нужна ещё одна жаба, чтобы называться Великой Восьмёркой и иметь ещё большую власть, Лорд им подходит больше всего, чтобы превратить его в волосатую зелёную жабу…
— А как же мы? — спросила Елена.
— Про тюрьму он сказал правду. Кто жабам не нужен, того усыпляют сонным шоколадом и заливают шоколадом в тюрьме.
— А как же ты? Ты же здесь уже бывал и выбрался?
— Я попал сюда с одним чудесным юношей, но моя несчастная доля Принца страны (Лонов)… Я ничтожный Последний Развёртыватель…
— Опять завёлся глупый Принц! — гаркнул Лорд-волосан. — Сколько его знаю, ещё со страны (Лонов), он плаксивая ничтожность… Как ему доверили Собрание…
Шествие остановилось перед дверями огромного шоколадного терема, и все повернули головы на котика Принца, который слезно плакался и перебирал лапкой волосы своей спутницы.
— Что вылупились? — твёрдо заявила девочка, — Принц голоден! Требует уважения и лучшего места в кафе.
— Уважения-ги, — передразнил девочку монстр, — он требует…
— Мы уважаем всех гостей! — остановил спор дядечка, — Прошу, заходите в залы лучшего во внепространственном мире кулинарно-шоколадного искусства!
Залы действительно были, что называется, в шоколаде! Везде вылитые шоколадные столики и стульчики, на стенах разношоколадные икебаны, множество белых шоколадных дверей с блестящими надписями. Но самой яркой вывеской на весь зал выделялась: «КАЗИНО «ШОКОЛАДНЫЙ ДРУГ» ВЫДАЁТ БЕСПЛАТНЫЕ КРЕДИТЫ ДО САМОЙ НОЧИ!».
Волосатый Лорд, не останавливаясь, зашаркал вместе со своими подручными искать вход в казино. Дядечка хитро улыбнувшись поспешил за ним, бросив девочке и ушастому Принцу единственное пожелание:
— Будьте как дома! Господин коронованный Развёртыватель здесь почти свой, он разберётся…
— Вот те раз! — развела руками Оленка, — Мы теперь одни! Рассказывай про юношу! Да где-то поищем места, и действительно надо перекусить…
Принц снова принял довольный счастливый вид и предложил поступить осторожно.
— Здесь мы спокойно не поговорим, а вот рядом с этой кофейней есть небольшая книжная лавка. Там сладости выдают, вытягивая прямо из книг. Там мы с парнем и появились впервые в шоколадном городе. Так что пойдём туда.
По дороге Оленка узнала от ушастика, что юношу звали Лесь. Компьютерный гений! Как он вышел в пространство и вне пространства — неизвестно, но всё через фею Кошмарку. Парень как-то создал компьютерную программу Живой Красной Кнопки, а фея Кошмарка потеряла свой искусственный гламурный ноготь, ноготь упал с неба прямо на клавишу «ввода», и программа запустила юношу в миры.
— Я думал, что появился ещё один Развёртыватель из страны (Лонов), так хотел вернуться домой, что поспешил догнать Леся, и в этой лавке мы встретились, — принц указал лапкой на надкушенные шоколадные двери книжной лавки.
В лавке торговал почтенный сказочник-кондитер, дядечка лет пятидесяти с хитрыми глазами и длинными закрученными усами. Он носил такую высокую кулинарную шапку, что часто задевал ею верхние полки или шоколадные канделябры, что висели под самым потолком, но он там был довольно низким. Дядечка стал открывать перед гостями книжки со сказочными историями, но они были описаны не словами, а подвижными рисунками, которые озвучивал чей-то приятный сладкий голос. В каждой истории обязательно присутствовали сладости в качестве действующих лиц. Главные роли доставались знаменитым плиткам шоколада причудливой формы, самым известным героем был чистокровный чёрный шоколад без всяких там примесей и начинок. Однако, как только сказочник переворачивал страницу с очередной историей, все эти герои выпрыгивали из книги на стол и становились обычными конфетами, а хозяин угощал ими посетителей.
Оленка и принц стояли и увлечённо слушали историю о Королеве-Шоколадке и Рыцаре-Мармеладе, которые любили друг друга, но не могли быть вместе, потому что принадлежали к разным видам сладостей.
— Какая грустная история! — вздохнула Оленка. — Вот и мне нравился один парень, но он почему-то исчез… и никто не знает, где он… Ой! — воскликнула она, опомнившись, и залилась румянцем.
— Наверное, не случайно ты о нём вспомнила! — воскликнул писклявым забавным голоском принц. — В пространствах подсознания нет случайных событий, слов и даже мыслей! Но если бы нам найти того парня, что составил программу компьютерной Красной кнопки! Кстати, господин кондитер, Вы часом не знаете, куда делся тот чудак, с которым Вы меня видели впервые?
— Я уже не помню, — ответил дядечка. — Но у меня где-то была про него история…
Сказочник полистал волшебную книжку и остановил внимание на одной яркой и шумной странице. Фигурки танцевали и суетились, а голос из книги сообщал:
— Как-то в волшебный шоколадный городок попали маленький ушастый принц и мальчик-подросток с ясным челом и умными глазами. Они оказались в книжной лавке прямо перед носом хозяина-сказочника. Наслушавшись его сказок и поев конфет, гости отправились гулять по городу, но уже через несколько часов принц потерялся. Мальчик стал засматриваться на волшебных Барби, подмигивать им и улыбаться, а принца ухватил какой-то местный озорник и побежал неизвестно куда.
— Так и было… — промолвил котик.
А тем временем книга продолжала:
— Парень зашёл в казино «Шоколадный друг» и стал играть. Но в тот день ему не везло. Его противниками были очень опытные игроки — карамельные клоуны из цирка «Сладкие выкрутасы» и режиссёры театра «Шоколадная комедия». Бедолага проигрывал раз за разом, но всё равно не хотел сдаваться. В конце концов, он проиграл столько денег, что за них можно было выкупить целую шоколадную фабрику! Клоуны и весёлые режиссёры потешались над ним и сочиняли про него смешные песенки. А так как денег у него не было, то шоколадная полиция заставила его отрабатывать в том же казино. Там он, неудачник, работает и до сих пор…
История закончилась. Сладкие фигурки запрыгали на столе, а сказочник довольно покрутил правый ус.
— Не повезло ему… — сказала Оленка, облизывая карамельного клоуна на палочке. — А нам в школе говорили, что играть в азартные игры не стоит…
— Теперь мы, по крайней мере, знаем, где он! — крикнул котик. — Идём в казино!
— Идите, но помните главное, — предупредил хозяин. — В этом казино невозможно выиграть чужакам. Там всё продумано, чтобы ввести их в заблуждение. Так что даже не думайте играть!
Оленка набила карманы джинсов шоколадками и леденцами и счастливым видом направилась к следующему сказочному заведению. Принц-котик, хрустя ореховыми палочками, указывал ей дорогу.
Перед дверями в казино их встречал большой манекен клоуна, а волосатый Лорд со своими подданными уже давно развлекался внутри. Ему даже удалось несколько раз выиграть. Конечно, он не собирался останавливаться на достигнутом. В его воображении уже вставали картины роскошной красивой жизни с дорогими кабриолетами, красавицами-Барби и множеством вкусных десертных блюд. Вот только почему-то с его появлением все девушки из казино разбежались… Однако он верил, что когда разбогатеет, то у него обязательно появится не одна поклонница. Попивая коктейль счастья из мёда и амброзии, Великий Лорд не заметил, как стал добрым и забывчивым. Он совсем забыл, как всего полчаса назад так смаковал свой коварный план мести! Не заметил он и того, как Оленка с принцем зашли в казино.
Девушка уже хотела расспросить бармена о том парне Лесе, но вдруг он сам появился в игровом зале с большим ведром и шваброй.
— Ого! Так я же знаю его! — шепнула она принцу. — Это парень из параллельного класса… тот самый, что исчез… Но тогда он звался не Лесь, а Роман…
— Вот те раз! Ты уверена, что это он!
— Уверена, вот только он меня не узнает… — грустно сказала девочка и опустила глаза.
— Эй! — пискнул котик и подпрыгнул на плече Оленки. — Это же я, Развёртыватель!
Лесь повернул голову на незнакомцев.
— А я — Оленка… — несмело сказала девочка.
— Я вас не знаю… — ответил парень. — Кто вы?
— Как это не знаешь! Я же коронованный принц из страны (Лонов)! Последний Развёртыватель пространства! Я попал к тебе, когда ты запустил свою программу Красной Кнопки! А потом нас занесло сюда! Ты проиграл в казино и был наказан бесплатными работами!
— Вы что! — возмутился юноша. — Я работаю не бесплатно! Меня здесь хорошо кормят, а главное, дают чудодейственный коктейль счастья. Советую и вам попробовать.
— Так вот оно что! — воскликнул принц. — Ты напился коктейля и потерял память! Наверное, так случается здесь с каждым… Так-так, Оленка, надо выбираться отсюда, а то, когда нас застанет ночь — нам несдобровать.
— А как же он! Нельзя его здесь оставлять! Надо помочь…
Через весь игровой зал казино, между игроками, которые толпились возле игровых столов, шоколадных игровых автоматов, продвигался белый и блестящий, изготовленный из самого сахара, манекен-официант, наполненный где только можно пузырьками с жёлтой жидкостью, которую и называли в этом шоколадном городе коктейлем счастья. Коктейль раздавался бесплатно всем подряд. Когда заканчивались пузырьки с коктейлем, официант возвращался в скрытый в глубине зала склад, а из него появлялся уже второй такой же робот-манекен, наполненный пузырьками под завязку.
— Да тут целый конвейер счастья! — Заметил коронованный котик, — Но почему, всё в шоколадном городе из шоколада, а официанты, раздающие коктейль, из сахара?
— Это всё из-за амброзии… — подсказал доброжелательный дядечка с жабьими руками, который неизвестно откуда подошёл к Оленке. — Амброзия, которая является частью коктейля, разъедает шоколад, словно червяк, который сгрызает яблоко… Что мы только не выдумывали, но амброзия разрушает механику нашего города! А без амброзии нет счастья! Попробуйте коктейль, вам понравится!
— Нет, спасибо, — ответила девочка, — мы спешим вернуться домой и хотим забрать с собой Рому, простите, Леся, вон того парня, что здесь работает уборщиком.
— Лесь? Рома? Надо уже кому-то определиться! Он отрабатывает свой проигрыш! — строго заявил дядечка, и его доброжелательность спряталась за маской недовольства.
Принц на плечах у девочки выпрямился в свой официальный рост, сделал представительный поклон и произнёс ноту протеста:
— Я, Последний Развёртыватель, коронованный Принц из страны (Лонов), требую объяснений касательно махинаций, которые происходят в этом сказочном заведении. В сообщении, которое мы читали на вывесках, сказано, что кредиты игрокам выдаются бесплатно! Значит, и все выигрыши, или проигрыши, в казино должны быть бесплатными, а это значит, никого и ни к чему проигрыши обязывать не могут! Это всё так волшебно понятно, вот только все здесь присутствующие забыли, что написано перед входом в казино. Наверное, на них действует коктейль счастья…
Дядечка стал не просто недовольным, на его лице появилась гримаса гнева и, прежде чем уйти прочь, он процедил сквозь зубы:
— Как пожелаете, первые непокорные гости нашего демократического города! Поговорим с вами, когда наступит ночь. Уже недолго ждать!
Девочка и принц поспешили к уборщику Лесю, который только что получил от официанта пузырёк с волшебным коктейлем и имел намерение его выпить.
— Не пей амброзию! — Воскликнула девочка и выхватила пузырёк из рук парня.
— Это мёд! — возмутился парнишка. — Его все пьют, он приносит счастье!
Принц-котик перепрыгнул от девочки на плечи парня и мурлыкающе зашептал ему на ухо:
— Никогда сладкий мёд не принесёт счастья, если его злые и коварные создания предлагают вместе с амброзией… Это же так сказочно очевидно! Посмотри вокруг, уважаемый Лесь! Разве это тот мир, который тебе хочется видеть каждый день? Твоя швабра, ведро и пузырёк глупого мёда разве заменят твои достижения и знания компьютерных программ? Ты же не уборщик, ты компьютерный гений! Тебе удалось искусственно создать Красную Кнопку! Никогда, никому в пространстве и вне пространства это не удавалось, а тебе удалось… Неужели теперь надо всё бросить и заливаться коктейлем счастья?
— А что делать? Я же проиграл… — парень грустно разглядывал всё вокруг.
— Выигрыш, проигрыш — это условности, — мурлыкал принц, — условности, которые выдумывают коварные создания, рассчитывая на твою сказочную совесть, хотя сами этой совести не имеют. Вместо неё у них фантастическая жадность власти, страсть управлять миром, который они хотят навязать другим в таком виде, который привыкли видеть в своей личной ничтожности. А ты вырвался за пределы миров, создав Красную Кнопку, и так легко позволил себя обмануть хозяевам сказочного шоколадного города…
— Ура-ра-а! — зазвучало на всё казино от волосатого монстра, что сидел за рулеткой. — Я выиграл свой первый миллион! Я, Великий Лорд-изгнанник из страны (Лонов), теперь владыка шоколадного города! Я покупаю это казино! Я покупаю этот город и всех жителей этого города, всех красавиц этого города!
Волосан на минуту задумался, а потом добавил:
— Но сперва, ещё чуточку поиграю… Принесите всем коктейль счастья!
— Идём отсюда! — предложил Принц, — А то Лорд выиграет ещё один условный миллион и скажет, что покупает нас. А мы не продаёмся…
На волшебной центральной площади шоколадного города, в суматохе летающих кабриолетов, что летали невзирая на пешеходов, наших путешественников — девочку, парня и Развёртывателя — обступил целый полк тамошней полиции с наполненными снотворным шоколадом шприцами. К несчастным гостям подступил сам генерал полиции в чёрной шоколадной фуражке.
— К вам, девушка, и уважаемый принц из страны (Лонов), полиция претензий не имеет, можете покинуть наш город когда угодно. — Сообщил генерал, пряча свои жабьи руки в карманы, — А вот Ромо-Лесь нарушил порядок нашего города, покинул работу уборщиком и не отработал проигранный им долг. За это неповиновение Ромо-Лесь заслуживает тюрьмы!
— Ничего он не нарушил! — вступила в спор Оленка. — Порядок вашего города изменился! Волосатый Лорд выиграл миллион и купил весь ваш город вместе с вами. А его правила совсем уже другие!
На это генерал рассмеялся:
— Во-первых, глупый Лорд ещё не купил город, он занят игрой, пусть тешится… А во-вторых, порядки диктует не тот, кто миллионер условно, а кто имеет силу реально! В данном случае реальная сила снотворных шприцев на моей стороне, так что и порядок в городе мой, и менять его я не собираюсь, даже если будут против счастливые миллионеры, что напились коктейля…
— Мы не покинем Леся! — гордо заявила Оленка. — Мы вместе пойдём в тюрьму!
Принц-котик прямо-таки вытаращился на Оленку, а потом снова прильнул к её волосам и застонал.
— Я так и знал… Я несчастный Принц страны (Лонов), несчастная моя доля…
— Как пожелаете! — сказал генерал и отдал приказ подчинённым, — Ведите их всех в тюрьму!
Тюрьма была похожа на неприступную крепость из твёрдого замороженного шоколада, поэтому от тюрьмы веяло холодом. А когда заливали заключённых горячим шоколадом, то от неё несло тёплым паром. Полиция передала арестантов в руки охранников, и те повели новоиспечённых узников в самую глубокую камеру тюрьмы. Между собой охранники перекликались: «надо быстрее устраивать гостей в их «люкс», потому что скоро наступит ночь».
— А что происходит здесь ночью? — спросила Оленка.
Охранник, который относился к заключённым, как к жалким неудачникам, объяснил:
— Мы не знаем. Ночью мы все спим крепким сном, таким крепким, что ещё никто из узников не сбежал среди ночи. Тем более, что перед тем, как идти спать, мы заливаем узников шоколадом, и они тоже спят только в шоколаде!
Охранник захохотал. От этого хохота пробудился Лесь. Всё время от казино до тюрьмы парень шёл как подавленный старик, но холод морозного шоколада и хохот охранника сделали своё дело, и глаза парнишки засветились пониманием.
— Где я? — дрожащими губами спросил Лесь.
— В шоколадном раю! — хохотал охранник. Он запихнул парня и девочку, которая держала котика у груди, в камеру тюрьмы. — Приготовьтесь, скоро подадим горячий шоколадный ужин, сначала будет неудобно, потом привыкнете…
Дверь закрылась, и воцарилась невероятно холодная темень.
— Давайте держаться за руки, — предложила девочка, — в этой темноте не надо потеряться. Темнота похожа на тот жёлтый свет глаза, в котором мы были с принцем…
Теплота рук, которыми держались друг за друга мальчик и девочка, перетекала к каждому из них, даря единственные приятные чувства в чёрном пространстве.
— Я вспомнил тебя, — признался Лесь, — ты Перемога?
— Да. Меня зовут Елена… — девочка снова залилась румянцем, но темнота её не выдавала. — А ты почему Лесь? Ты же Роман.
— Лесь — это моё имя в сети пользователей Интернета… На самом деле я Роман. А что с тобой делает этот нахальный кот?
— О, я несчастный принц страны (Лонов). Меня оскорбляет дерзкий юноша, который покинул меня посреди площади и променял меня на разрисованных шоколадных кукол Барби…
В сердце Оленки дёрнулась искра ревности, подкралась какая-то колючая холодность вместо приятного огня общения.
— Мне было интересно, я впервые оторвался от компьютера и попал в волшебный мир шоколада и развлечений… — говорил Роман.
— Развлечения довели тебя до швабры! — не удержалась, чтобы не уколоть, Оленка.
— Главное, что он прозевал меня! О несчастная моя доля Последнего Развёртывателя Пространства! Он ещё в книжной лавке пообещал мне — мол, не волнуйся, котик, я знаю, как Красная Кнопка действует и в пространстве, и вне пространства, пообещал меня вернуть домой в мою страну (Лонов). А сам… меня прозевал! Меня стащил местный вор шоколада, и я уже был здесь, в тюрьме, с вором, как преступник…
— Ты нахальный кот! Прицепился ко мне «немедленно отправь в страну (Лонов)!», а я сам и света белого не видел из-за своего компьютера… Говорил тебе потерпи минутку… Я осмотрюсь, что тут к чему…
— Ага, осмотрелся, и подсел на коктейль счастья! — злословил Принц. — Ты знаешь, сколько мне, Владыке Живой Красной Кнопки, Хранителю Собрания, пришлось крутиться в чужих мирах, пока ты наслаждался помойным счастьем!
— Довольно, ребята! — почти криком остановила спор Оленка, в её голосе дрожала слеза. — Я, наверное, чего-то не понимаю! Один ушастый кот уже побывал везде, где только можно, и знает все пути-выходы… Второй, гений ведра и швабры, знает, как действует кнопка… А мы стоим в ужасной темноте и ждём, пока нас зальют здесь шоколадом… Моя мама, уже, наверное, увидела, что меня нет в кровати… Ой, что-то происходит невероятное… Какие вы все…
В темноте наступила жуткая тишина, и подростки поняли, что руки разорваны. Каждый в этой смоляной темноте оказался сам по себе…
Темнота — тень великой Неизвестности. Никто не может победить эту тень, даже если твоя фамилия Перемога… Самое страшное из всех чудовищ, что наплодились в пространстве и вне пространства — это чудовище одиночества. Кто ты есть один среди пустой темноты и холода? Поэтому и заливают горячим шоколадом узников, словно горячей смолой, потому что это самое жестокое наказание — предстать одиноким перед темнотой, которую нельзя измерить ни умом, ни душой. У одиноких нет точки отсчёта, чтобы определить себя, чтобы определить свою дорогу и ориентиры хороших или плохих поступков. Даже на небе темноту засыпают пылинками звёздной муки, чтобы мир не был таким одиноким, чтобы он видел свои дороги и перекрёстки, чтобы каждый из нас чувствовал, что он не один среди темноты жуткой тени Неизвестности…
— Где ты, Оленка? — спросил Роман.
— Я ищу тебя, но найти не могу, — повторялся голос девочки десятки раз в эхе стен шоколадной темницы.
— Я тоже ищу тебя, но не могу определить, куда двигаться…
— Ой-ё! — завизжал под ногами коронованный Принц Скупердяйства, — определяйтесь, но не топчитесь по мне! О, я несчастный принц, моя доля… Кстати, я в темноте вижу неплохо. Поэтому я и есть Хранитель Собрания Одинокого (Лона). В моей стране старость наступает, когда мы теряем зрение. Поэтому все жители почтенного возраста слепы, а я их хранитель и защитник. Понимаете, как важно мне быть не здесь, в чужих мирах, а у себя дома, там, где меня нуждаются, там, где я необходим, там, где меня не швыряют куда попало, там, где по мне не топчутся, там, где я Принц, а не нахальный кот…
— Так сведи нас в кучу! — прямо-таки приказал Роман, — А я уже тебя отправлю домой…
В стороне дверей что-то хлопнуло, и в темницу ворвался горячий пар растопленного шоколада.
— Быстрее собираемся! — заволновалась девочка, — шоколад заливают, значит уже наступает ночь.
Путешественники прижались в кучку, и Лесь нащупал Красную Кнопку принца.
— Не удивляйтесь, — сообщил он, — кнопка из внепространства действует не так, как в обычном пространстве, а наоборот. Мы теперь знаем путь и можем кнопкой управлять. Это уже не будут потаённые желания кого-то из нас. Это будет путь к фее Кошмарке. Она является отправной точкой всех наших путешественных неурядиц, так что вперёд — назад домой!
Лесь нажал кнопку и…
Трое друзей не успели и глазом моргнуть, как оказались в другом измерении, вот только там было так же темно, как и в шоколадной тюрьме. Сквозь густую жуткую ночь кое-где проглядывались кривые силуэты гигантских деревьев. По серому небу проплывали рваные облака, формируя страшные узоры. Ни луны, ни звёзд не было видно. Оленка и Рома стояли, держась за руки, а в русых волосах девушки висел ушастый принц. Он открыл сначала один глаз, потом другой, словно боясь узнать, где находится.
— Неужели мы снова здесь — в этом жабьем лесу? — спросила разочарованно Оленка.
— Сейчас узнаем! — пискнул Развёртыватель. — Лесь, наверное, что-то перепутал, когда писал в воображении формулу своей Красной Кнопки!
— Я ничего не забыл! — раздался в темноте голос парня. — Моя кнопка такая же, как и твоя…
Внезапный порыв сильного ветра заставил подростков сжать руки крепче и оказаться друг от друга ещё ближе. Послышался протяжный неприятный звук, похожий на вой неизвестного зверя.
— Не надо было мне изобретать ту кнопку… — молвил он вдруг. — С тех пор моя жизнь стала беспокойной, а голова наполнилась такими мыслями, от которых её каждый день распирало!
Друзья не успели ничего ответить, потому что зловещий гул приближался, превращаясь в полифонию сотен мельчайших, жутких звуков. Ветер стал перехватывать дыхание и сбивать с ног. Оленка и Лесь обнялись и задрожали, как маленькие дети. Даже Развёртывателя, который повидал за свою жизнь столько разных пространств, пронял неожиданный панический страх. Он кутался в волосы девочки и щекотал дрожащими лапками ей шею.
— А я думала, что вы особенные ребятишки! — послышался ниоткуда скрипучий пронзительный голос. — Я так долго искала детишек с нестандартным умом и желанием, а получила… самых обыкновенных подростков, которые сами не знают, чего хотят, или, точнее, знают, но эти желания такие банальные! Вот ты, девушка, ты мечтаешь, как и все девушки, о красивой жизни, дорогих колечках и вкусных конфетах! А ты… ты, глупый мальчик! — у тебя такой супер-мега-талант, а ты заглядываешься на тупых Барби и играешь в азартные игры! О, до чего же скучен этот мир людей! И даже здесь, в нереальном пространстве и внепространстве, вы умудрились встретиться и, чего доброго, понравиться друг другу!
— Кто вы? — воскликнула Оленка. — Покажите своё лицо! Почему вы прячетесь?
— Вы действительно этого хотите? — произнесла незнакомая женщина.
— Не пугайте нас! — сказал Лесь. — Мы Вам ничего плохого не сделали. Мы просто хотим домой!
— Смотрите! — проскрипел голос, и вокруг вмиг стало светлее. Теперь было чётче видно манекены голых деревьев, похожих на сухие вывернутые корни, а там, откуда раздавался странный голос, появилось большое светло-серое пятно. Оно сначала вспыхнуло ярким светом, а потом потускнело и осветило фигуру высокой худощавой женщины, одетой в экстравагантное чёрное платье с красными бантами. Оленка взглянула на её лицо и завизжала — оно было сухое и морщинистое, как у столетней бабки, а вместо двух глаз у незнакомки их было целых три! В лохматых чёрных прядях дремали головами вниз миниатюрные летучие мыши.
— Это она… — шепнул на ухо девочке Принц. — Кошмарка…
— Кто вы? Не делайте нам зла! — воскликнул Лесь.
— Я та, кого все боятся. Меня никто не видел, но все в меня верят. Мной пугают непослушных детей, я насылаю кошмарные сны на тех, у кого нечистая совесть… Ох, и много же дел у меня! — вздохнула фея. — И зачем я только трачу на вас своё время!
— А и правда — зачем? — спросил Лесь. — Отпустите нас домой.
— Э нет! Вы можете мне ещё пригодиться. Хотя желания у вас такие банальные…
— А что тут такого? — возмутилась Оленка. — Что плохого в том, чтобы хотеть лакомств или простого счастья? Лучше быть такими злыми, как Вы?
— Лучше быть злой, чем глупой! — самоуверенно произнесла Кошмарка. — Вы, наверное, не знаете моей истории? Так вот, когда-то я была обычной школьницей, но в отличие от своих сверстников я могла видеть то, чего не видели другие. Словно все были слепы, а я — зрячая. Но одна тёмная колдунья узнала об этом, позавидовала мне, заманила меня в тёмный лес и сделала из меня чудовище! Вместо этого сама стала юной и красивой! Теперь я могу охватить взором чуть ли не весь мир, но взамен я должна быть страшной!.. некрасивой… — последние слова она произнесла подавленным, почти дрожащим голосом. — Я думала, может, и у вас есть что-то такое, чем вы могли бы заплатить за свою молодость и красоту!
Подростки аж подпрыгнули, не разрывая объятий.
— Кстати, у вас должен был быть мой мячик-развёртыватель! — продолжала фея. — Этот маленький телепень… Я так люблю им швыряться, когда мне нечего делать! — и Кошмарка захохотала глухим смехом.
— Я не отдам своего друга! — сказала Оленка. — Не отдам!
— Тогда, может, Леся отдашь, а? — спросила она, блеснув расширенными зрачками.
Вдруг земля слегка качнулась — такое впечатление, будто начиналось маленькое землетрясение. Котик-клубок вспомнил о волосатом Лорде, которого они оставили в шоколадном городе. Но кто же это на самом деле так тяжело и шумно ступал по лесу?
Кошмарка перестала смеяться и как-то притихла. Шум тяжёлых громовых шагов слышался отовсюду, словно кто-то приближался сразу со всех сторон. Фея стала тихо скулить.
— Ох, какие же вы коварные дети! Из-за вас меня поймали. Он давно за мной охотится и таки выследил…
Треск деревьев, топот, вызывавший трясение земли, утих, но никого видно не было. В лесном пейзаже деревьев-корней ничего не изменилось.
— Ты что-нибудь понимаешь? — смущённо спросила Оленка и прижалась к Лесю. Последний Развёртыватель-ушастик сразу прицепился к голове девочки и закутал себя в её волосы. Он пел о своём «о, я несчастный и ничтожный, я и моя доля»…
— Ничего не понимаю… — ответил парень.
Со всех сторон леса поднялся ветер, поднял в воздух мелкие сухие ветки, словно чьим-то дыханием, и вокруг зазвучали слова невидимки, разрезая пространство грубым и властным голосом.
— И что мне теперь делать? — спросил Некто.
Принц вытянул ушастую голову из растрёпанных волос девочки и громко заявил:
— Доставить меня домой! Вот что надо делать в первую очередь. Я уже неизвестно сколько веков скитаюсь в пространствах из-за таких, как Вы — невидимых, неизвестных и незнающих что делать! Одни разворачивают пространство, другие его сворачивают, а Вы вообще не знаете, что делать! Если бы Вы знали что делать, моя несчастная доля Последнего Развёртывателя…
— Я не у вас спрашиваю, уважаемый принц, — перебил котика Некто, — я спрашиваю у прекрасной феи…
— Прекрасной? — переспросила Оленка, — Какая же она прекрасная? Она злюка и чудовище!
— Я не верю сплетням! — сказал Некто. — Я знаю, что она самая красивая женщина на свете. У неё искренние и ласковые глаза, у неё яркие и добрые мечты…
— У неё целых три глаза, и зовут её Кошмарка! — Оленка смотрела на яркие банты феи, а та закрыла руками лицо и присела на треснутый пенёк. Вокруг поднялся громовой смех.
— Ха, ха, ха! Тебя, девочка, зовут Елена Перемога, и что это название тебе дало? Когда ты где-то побеждала? Ты даже в школе не учишься, как нужно, и задние пасёшь…
Котик замурлыкал на ухо.
— Я же тебе сразу говорил, что вы, люди, не соответствуете своим названиям…
— И ты туда же! — возмутилась девочка.
— Тише, — успокоил болтовню Лесь, — Здесь что-то происходит невероятное. Этот «Некто» задумал что-то важное…
Громовой смех затих, вместо него зазвучал спокойный рассудительный голос.
— Слова и названия не воспроизводят сути. Слова несут лишь объяснения и эмоции. Суть этой феи, которую вы ошибочно называете Кошмаркой, в её девичьей красоте, которую когда-то давно насильно похитили, и, став феей, она должна нести свой крест. Она видит всё на свете, кроме меня. Меня она видеть не может, потому что я Невидимый Гром. А я её вижу такой, какая она есть — чудесной, прекрасной и доброй девочкой, и я её люблю…
— Ааа, так ты её не видишь такой, какая она есть, потому что любишь её! — став в почти официальную позу, включился в обсуждение Принц.
— Нет! Я люблю её, потому что вижу такой, какая она есть! У меня нет глаз, чтобы видеть мелкое, у меня нет тела, чтобы чувствовать боль, нет столько ушей, сколько у вас, принц, поэтому я вижу, чувствую и слышу лишь суть и истину. И спрашиваю у прекрасной феи — что мне теперь делать?
— Я не хочу тебя видеть! — всхлипывая на пеньке, ответила фея.
— Ты меня и так не видишь, это твою просьбу я выполнил… — согласился Гром.
— Я уродлива, стара, злая Кошмарка!! Мной пугают детей! Поверь детям — из их уст глаголет истина…
— Дети преувеличивают свои страхи. В детстве даже яблоко видится размером с арбуз…
— Отпусти меня… — тихо молвила фея.
— Нет, — твёрдо ответил Гром. — Я весь свой век охотился на тебя. Ты предвидела меня на много шагов вперёд, но всегда пряталась от неизбежного. Благодаря этим детям, ты на минутку отвлеклась от своих могучих талантов, и я тебя поймал… Что ты задумала сделать с этими детьми, что так увлеклась и не заметила меня?
Фея Кошмарка поднялась с пенька, повернулась своим страшилищным видом к детям, что так и стояли прижавшись друг к другу. Дети держали на своих плечах Развёртывателя-Принца, который уже посмелел и уселся в позу мыслящего кота…
— Я хотела отобрать красоту и молодость у Оленки так, как когда-то это произошло со мной, — страшно улыбнулась фея, — да, наверное, этой девочке повезло. Заглядывая ночами в окна людей, я наткнулась на дневник Елены Перемоги и подумала — зачем ей красота и молодость, когда она ничего не хочет знать о своём мире и не интересуется учёбой. Вырастет пустой куклой, которую будут использовать лишь как организм…
От слов Кошмарки Оленке стало жутко, стыдно и противно, но фея говорила то, о чём Оленка лишь могла догадываться потаёнными желаниями, но признаться себе боялась. Кошмарка говорила правду.
— Под руку попал блуждающий принц, как на счастье — Последний Развёртыватель Пространства, и я просчитала всё это путешествие сюда. Оставалось только избавиться от её друзей… Я действительно увлеклась и забыла о тебе, точнее, о твоей всепоглощающей, бескорыстной любви, которая, словно освящённое оружие, висела надо мной всё время, чтобы отсечь мне голову…
— Мне нужна ты вся, а не только твоя голова… — сказал Гром.
— Зачем я тебе нужна? — спросила фея, а глазами тем временем пронизывала Оленку, словно в последний раз разглядывая свою мечту.
— Ты знаешь это лучше меня, — молвил Гром. — Говори, что мне теперь делать?
— О, если бы ты мог вернуть мне красоту и молодость! Но никто, никто в мире уже не способен сделать этого! Это можно сделать только самой и только злым путём, воспользовавшись своей колдовской властью… Такова теперь моя доля.
— Судьбу можно изменить, — ответил Гром, — но только при условии, если ты сама этого хочешь. Судьбу живых существ формируют именно их тайные желания, такие, о которых они часто и сами не догадываются, или в которых боятся себе признаться. Когда-то ещё юной девушкой ты очень обижалась на всех за то, что тебя не понимали, называли странной. Ты копила обиду в своей душе, и вот со временем в ней укоренилось пагубное желание получить власть над всеми теми, кто тебя не принимал, более того — над всем миром! Итак, ты стала злой феей из-за своих же потаённых желаний…
Кошмарка тяжело вздохнула, опустив голову на грудь.
— Ты прав, Гром, — сказала она. — Когда людям чего-то не хватает в своём реальном мире, они стремятся найти это в других пространствах и мирах. Но вместе с этим они находят и расплату… За всё в жизни надо платить!
Кошмарная фея гордо выпрямила свой тонкий стан и как-то жалобно прищурила все три глаза.
— Я согласна! — воскликнула она. — Забирай меня с собой, добрый друг, чтобы я больше никогда не видела этих глупых и ничтожных людей!
Снова внезапный порыв ветра захватил голые деревья-корни в свою бешеную круговерть. Возле Кошмарки и подростков появился высоченный серебристый столб уплотнённого воздуха. Он был похож на гигантский вихрь, а воздух, что перекручивался в нём против часовой стрелки — на бурные морские волны. Фея протянула к нему длинные костлявые руки…
— А что же будет с нами? — воскликнул принц и высунул курносый носик из-под Оленкиных волос. — Подождите! Не покидайте нас!
Но никто никого уже не мог услышать, потому что пространство сворачивалось без кнопки. Наивно думать, что пространством управляет какая-то Красная Кнопка на груди котика, у которого десяток ушей. Кто-то намного более могущественный управляет и пространством, и судьбами. Каким бы ответственным и самоотверженным ни был Принц Великого Скупердяйства, доверять пространство случайному нажатию на кнопку Великая Сила мира не позволяет. Лишь в отдельном случае нашим путешественникам было позволено побывать в нескольких мирах, увидеть другую сторону жизни. А теперь довольно. Пора домой… Напрасно нажимал Роман своим пальцем на кнопку Развёртывателя, напрасно просчитывал свои программные настройки — котик лишь хихикал, ему было щекотно. Пространство само себя сворачивало.
Представьте себе поэта, который с помощью изысканного лирического слова может разворачивать души людей, растрогивать их потаённое и сокровенное, но который и сам не знает дороги, которой повести этих людей, хоть и коронован талантом и силой творчества. На кого тогда надеяться заблудшим в мирах тёмной Неизвестности людям, когда их души становятся открытыми и уязвимыми? Иногда нам хочется отдаться на волю тем случайным поэтическим настроениям, но для каждого определён свой путь, что рисуется звёздами на небе. Не надо той дороги бояться, потому что она для каждого родная и неповторимая.
Из глубины смятого воздушного листа потянулись несколько волосатых рук, и осветилась чудовищно счастливой улыбкой голова дикаря Лорда. У него на губах блестел шоколадный глянец. Он ухватил Принца Развёртывателя за спину и весело сообщил:
— Я выиграл двадцать пять миллиардов тонн шоколада и купил двадцать пять миллиардов шоколадных городов! Представить себе не можешь, Принц, как я счастлив от того, что меня изгнали из страны (Лонов)! Я теперь управляю тем жабьим оркестром, а их Магистр лично готовит мне коктейли счастья… Видишь, какая разная судьба у нас с тобой! Тебя я должен забросить обратно в твой дом, ты будешь охранять собрание старых слепых (Лонов), а я — забавляться с шоколадными девушками! Им уже всё равно, что я уродлив. Они уже придумали новейший стиль красоты и моды — Дикие Монстрики!
— А что это за стиль такой? — удивлённо спросил Роман.
— Ага, Ромо-Лесь, и ты хочешь увидеть? Значит, тебе домой ещё рано! Я изменил правила в шоколадном городе, и всем осуждённым теперь амнистия! Вместо этого генерала полиции залили шоколадом по пояс, и он теперь стоит посреди площади, как памятник-бюст самому себе! Его ежеминутно поливают снотворным шоколадом, чтобы не слышно было, как он ругается…
— А как же страшные ночи? — спросила Оленка.
— Мы с моими девушками работаем над этим. Скоро ночи тоже будут хорошие и спокойные… Я властитель тех ночей, так что постараюсь!
На этих словах Лорд потянул руками котика и Романа за собой. Так пространство поглотило их перепуганные глаза.
Вокруг бушевали звёздные пылинки Крупного помола, постепенно исчезая в водовороте Вселенского танца. Оленка вспомнила о маме. А пространство разворачивалось в знакомую плоскость — появлялись дома и улицы, фонари и деревья, засвеченные красной краской вечернего солнца.
Оленка оказалась на лавочке возле своего подъезда, с полными карманами вкусных конфет.
Бабушка-соседка чуть не упала от неожиданности с противоположной лавочки.
— Чёрт побери! Откуда ты взялась, Оленка? Я, наверное, уже не доглядела, но только что на лавочке никого не было…
— Точно вы не доглядели! Я вот вернулась из кондитерского магазина…
И Оленка в качестве доказательства вытащила пригоршню конфет…
Бабушка покачала головой.
— Беги скорее домой! А то твои родители места себе не находят! Собираются идти и подавать тебя в розыск. Вот молодёжь пошла! Что хотят, то и делают… Никого не спрашивают. Что же будет дальше? Наверное, скоро конец света…
С тех пор прошло немало времени. Оленка стала взрослой женщиной. Она лечит животных. Что-то в её жизни удаётся, что-то нет. Но она до изумления любит кошек, защищает их от жестокого обращения, даже создала благотворительную организацию «Кошачья мечта». Ей котики всегда кого-то напоминают, и она иногда с ними разговаривает, как с людьми…

глава 3 из 4

Василий Юдов и Лилия Николаенко




Кроме земного, привычного нам мира, существует ещё много удивительных неизведанных миров. И одним из таких является мир сновидений…
Растрёпанная мечтами мысль убегает в сон, чтобы никто не тревожил грубостью и насилием, чтобы никто не обманул коварством и предательством, и там строит из добрых слов и нежных прикосновений страну недосягаемой любви, галактику веры и надежды, вселенную человеческого счастья.
Сказочное королевство, в котором фантазии становятся реальностью, а у мечтаний вырастают прекрасные белые крылья… – каждый из нас там бывает каждую ночь, но не все могут разгадать вечную тайну сна. Не все способны хотя бы вспомнить свои загадочные ночные странствия, а если и могут, то по большей части вспоминают что-то несущественное, такое, что происходит лишь на окраинах этого прекрасного королевства. И только тем немногим, кто ещё с детства остался верен своему внутреннему миру, оставил сердце открытым для светлых детских мечтаний – удаётся попасть в настоящую сказку, и кто сказал, что только во сне?!
Бедные жители городов привыкли бегать, как встревоженные муравьи, – днём, и скучать, когда наступает долгий вечер. Мать белокурого Данка никогда не читала ему сказок и никогда не пела колыбельных. Она работала с утра до ночи, и имела кроме него ещё троих дочерей. Все сёстры были младше Данка. А мальчику скоро должно было исполниться десять, и отец должен был отвести его в школу.
– Что толку с той грамоты? – сердито приговаривала мать. – Пусть бы лучше шёл с тобой в цех, смотрел, как люди ремеслом занимаются!
– Да куда же его в цех таскать, такого маленького! – говорил отец. – Пусть ещё побайдует. Пусть хоть читать научится!
Данко всё это слушал, и всё понимал. Но он хотел как можно быстрее вырваться из дома – неважно, куда именно. Ему и правда было ужасно скучно. Дома почти не было игрушек, если не считать нескольких затёртых от времени кукол его сестёр. Они были плаксивыми и капризными детьми, ещё и постоянно дрались за свои игрушки. Все дети жили в одной комнате. Когда они просыпались, родителей уже не было дома, а когда те возвращались, девочки обычно уже спали. Вот и приходилось белокурому Данку быть для своих младших сестёр нянькой.
Слишком рано бедному мальчику суждено было осознать вполне взрослые вещи. Однако все его проблемы и трудности заканчивались с приходом глубокой ночи, когда он крепко засыпал, забывая обо всём на свете.
Из всех своих странных и причудливых снов мальчику чаще всего снился один-единственный. Особенно часто это случалось, когда в тихую безоблачную погоду в небе сиял молодой месяц-рожок.
Итак, Данко в очередной раз закрывал глаза и отправлялся в сказочный полёт. Он чувствовал себя полупрозрачным, бестелесным существом, что, словно яркий метеорит, разрезает своим ослепительным светом тёмное небесное пространство и летит прямо к молодому месяцу.
Месяц тот – славный парень. У него живые человеческие глаза, русые колосистые брови, золотистый чуб и тонкие, идеально-правильные губы, сложенные в блаженной улыбке. Но он такой огромный, словно два высотных дома вместе взятых, или даже больше! А на его закрученной кверху бороде стоит лунный домик, словно маленький дворец. Мальчик останавливается возле него и несмело заглядывает в круглое окошко с золотой, оригинально вырезанной рамой. В домике живут три сестры – три лунные принцессы. У них белокурые волосы с бархатной позолотой, которые они расчёсывают золотыми гребнями в виде полумесяца. В ушах они носят серёжки такой же лунной формы, а на пальцах – половинчатые лунные перстни. Принцессы собираются в одной и той же комнате, чтобы вышивать на шёлковых тканях яркие золотые звёзды. Когда очередная звезда готова, принцесса выходит из домика, показывает красавцу-месяцу, он дует на неё, звезда оживает и летит в небо!
Данко с восхищением любуется неземной красотой сестёр. Его поражает ангельская чистота их юных лиц. Но каждый раз, когда он видит этих принцесс, он задаётся вопросом: «Почему эти красавицы такие опечаленные?»
И действительно, почему? Что может тревожить их невинные прекрасные души?
На этот раз Данко не выдержал и постучал в стекло. Сёстры дружно вздрогнули и повернули лица к окну. Но когда они увидели там отражение маленького сорванца, то сразу сменили испуг на улыбку.
– Заходи к нам! – воскликнули они в один голос.
Данко обрадовался и проплыл сквозь окно невесомой сияющей тучкой.
– Почему вы такие опечаленные, девушки? – прямо спросил мальчик. – Почему, вышивая прекрасные ночные светила, такие же прекрасные, как и вы сами, ваши руки кажутся такими бессильными, а ваши глаза готовы вот-вот забрызгать шёлк горькими слезами?
– Ох… Потому мы такие печальные, что потеряли своего маленького братика. Уже много лет его нет с нами. Когда-то, когда он ещё лежал в колыбели, в наш дворец проникла злая Чёрная Колдунья и похитила его! С тех пор их обоих никто никогда не видел…
– Мы очень любили своего братика, – тоскливо объясняла принцесса, которая была старшей среди сестёр и подвязывала свои волосы серебряно-тонкой ленточкой. – Он был очень умным мальчиком. Он нам улыбался, показывал пальчиком на вышитые звёздочки. Мы с ним играли, купали в туманах лунных утр, готовили ему еду из каждой четвёртой крупинки лунного проса…
– Он был нашей надеждой, – говорила средняя сестра. – Когда он вырастет, он станет принцем Лунного шёлка! Мы вышиваем звёзды, а для этого нужно много ниток, которые можно взять только в долинах Лунного шёлка. Девочкам туда попасть нельзя. Долины Лунного шёлка имеют такой воздух, который растворяет всех девушек в мареве шёлковой воды, из которой лунные шелкопряды плетут нить. Только парень может быть принцем таких долин и добывать нам нитки для звёзд…
– Представляешь, что может случиться? – пугливо говорила младшая сестра. – Когда закончится нить, которой мы вышиваем, ни одна звезда уже не попадёт на небо, и небо начнёт постепенно темнеть, пустеть, разрушаться. Весь мир погрузится во мрак, и остановится жизнь для всех добрых людей. Лишь злые чудовища Чёрного мира воцарятся в мире. Ни одного доброго слова не будет слышно, ни одного яркого весёлого лучика не попадёт на лица людей, потому что не будет ни света, ни людей. Вот для чего Чёрная Колдунья похитила нашего братика.
Принцессы так грустно и взволнованно говорили о потерянном братике, что Данко, несмотря на свой сон, реально почувствовал холод будущей угрозы. Он во сне шептал чьи-то слова, на его лбу выступали капельки тревожного пота. Но этого никто не видел и не слышал. Родители и сёстры устало спали, как и весь суетливый город, готовясь к новому суетному дню. И только рожок спокойного месяца, заглядывавший в окно, успокаивающе ласкал лёгкими лучиками прищуренные веки Данка: «это всего лишь сон, мальчик». А сон продолжался.
Принцессы Лунного домика показали колыбель своего братика.
– Вот здесь наш братик спал, когда за окном плеснули чернила темноты, мы бросились на улицу посмотреть, что случилось, но ничего не увидели. Всё было, как всегда – смеялись жемчужинками лучи звёзд, над горизонтом парила светло-зелёная тарелка Земли. Долины Луны наполняла спокойная лазурь. А когда вернулись в домик, то окно было открыто, и братика в колыбели уже не было… Уже много лет прошло с того времени. Мы так и не знаем, жив ли он…
– Как я хочу вам помочь, дорогие девушки, – смело сказал Данко, – но не знаю чем и как. Когда вы не знаете, где искать вашего братика, как я смогу это знать? Я же, если честно сказать, сплю. И всё, что происходит здесь с вами – это лишь мой сон…
– Ой, как чудесно! – воскликнули принцессы вместе. – Это очень хорошо, что ты спишь. Значит, ты и есть тот сон, что нам нужен! Мы ждали такой сон.
– Пойдём, сёстры, покажем нашу библиотеку, – молвила старшая.
Принцессы подхватили Данка за руки и повели в другую комнату. Библиотека лунных принцесс состояла всего из одной книги, похожей на шкатулку, изрезанную всякими причудливыми узорами с золотыми заклёпками и металлическими завесами. А когда шкатулку открыли, то внутри ничего не было, она была доверху наполнена водой…
Младшая принцесса подбежала к шторе, что закрывала всю стену комнаты, и отдёрнула её в сторону. Взгляду Данка открылись стеллажи самых разнообразных цветов в небольших глиняных горшочках. На горшочках были начерчены разноцветные чёрточки, а в комнату дохнул невероятно густой ветер цветочных ароматов. Словно в музыкальном ритме менялись запахи библиотеки. Голова мальчишки закружилась приятными чувствами, сердце радостно застучало, словно все знания мира хотели ворваться в него…
Принцессы опустили несколько горшочков с цветами в воду, и крышка шкатулки засветилась экраном, на котором, словно кино, стали появляться события… и объяснения.
…Сны существуют параллельно с разнообразными сказочными мирами. Но переход из сна в другой сон можно осуществлять в реальном мире…
– Ты можешь найти нашего братика, когда будешь попадать в другие сны, – сказала старшая сестра. – А, чтобы не запутаться в снах, вот возьми мою ленточку и завязывай на ней узелки. Мы будем всегда с тобой говорить через нашу библиотеку, тебе лишь надо будет найти хоть один цветочек, подойти к нему и молвить «проснись, лето»…
– Просыпайтесь, дети! – раздалось вокруг. Это говорила мать Данка. Она собиралась на работу, по квартире шаркал, ища свои вещи, отец. На соседней постели пинала одеяло ногой одна из сестричек.
Данко проснулся в реальном мире. Сказка вмиг осталась где-то далеко на луне. Но лишь на миг переведя взгляд на свою ладонь, он увидел, что в ней зажата между пальцами серебряно-тонкая ленточка лунной принцессы. Вот это сон! Как это так может быть?
Мальчик задумался. Что может быть общего между снами и жизнью? Во снах всё проще, там все события и эмоции протекают словно на киноплёнке, которую создаёт собственная фантазия. Во снах желания обретают видимую форму, а страхи кажутся не такими страшными… Во сне возможно всё что угодно. А как быть в реальной жизни? Что делать с серебряной ленточкой? Там, в лунном домике, Данко уже чувствовал себя чуть ли не героем, а здесь, в убогой ремесленной квартире, слова принцесс казались ему далёкими и странными. Целый день он размышлял над этим в силу своего детского, хотя уже и немалого ума, забавляя капризных сестёр.
Под вечер вернулись с работы родители. В тот день, как никогда, Данку очень хотелось в школу, и он несмело сказал об этом маме. В то время в настоящих школах могли учиться лишь дети из зажиточных семей, а дети ремесленников обычно брали уроки грамоты у священников или монахов. Данкову было уже десять, а он до сих пор не умел читать. Мать долго бормотала что-то себе под нос, но в конце концов согласилась, и с благословения обоих родителей на следующий же день Данко пошёл к старому священнику Бубону учиться.
Набожный учитель Бубон имел кроме него ещё семь бедных учеников. Среди них были и младшие, и старшие за Данка. Но в первый же день мальчик разочаровался в «школе». Обучение грамоте проходило очень медленно, зато Бубон постоянно читал малышне скучные лекции на взрослые и совсем не интересные им темы. Он неутомимо бубнил и повторял скучный постулат: «Всем, кто старше, выше, богаче – надо подчиняться. Любая власть – от Бога, поэтому она священна».
Бедняцкие ученики имели разные успехи. Некоторые из них ещё писали причудливые каракули, другие – уже читали по слогам. «Лучше бы рассказал, что означают человеческие сны, – думал Данко, – и научил читать свою душу!» Бедолага никак не мог научиться красиво выводить те тяжёлые буквы, а ещё больше – прочитать их. И в один момент Данко понял, почему ему так не даётся та грамота! Буквы, которые он пытался соединить в целое слово, словно разбегались, путались в его мозгу, зато он кое-что понимал «между строк»… Ему казалось, что он видит там таинственные знаки, рисунки, комбинации и формулы, но видит не обычным, а внутренним зрением!
Это очень беспокоило парня и в то же время интересовало. Однажды он не выдержал и признался священнику. Бубон так разгневался, что выгнал его и приказал больше никогда не попадаться ему на глаза. Где это видано, чтобы малый, ещё духовно чистый, ребёнок нёс и видел такие глупости! Он ещё и отцу грозился рассказать, если тот посмеет прийти и просить взять сына назад. Вот проклятый Бубон!
Понурый и разбитый, Данко поплёлся длинными улицами неприветливого серого города. Что скажут дома? Что он глупый, неспособный и ни на что не годный?
Возле фонтана на небольшой площади была старая запущенная клумба, на которой краснело несколько ярких цветов, утопающих в бурьяне. Вдруг в глазёнках Данка блеснул радостный огонёк надежды. Он примчался к клумбе, обнял головку цветка ладонями, улыбнулся и сказал: «Проснись, лето!» В одно мгновение цветок вспыхнул и заискрился всеми цветами радуги, его красно-горячая палитра начала расплываться, заполняя собой всё видимое пространство. Мельчайшие золотые звёздочки замелькали повсюду по буйно-цветущей акварели, а потом сложились в длинные, каллиграфически выписанные строки. Сама же палитра пространства стала постепенно тускнеть и наконец, из горячей превратилась в пастельную. На ней, словно на древнем пергаменте, выписались сложные непонятные слова, но между строк сердце Данка прочувствовало странный серебряный голос, чистый и родниковый, как хрусталь, нежный, как ароматы лилий. То был голос лунной принцессы.
– Тебе была подсказка, а ты её не разглядел! Наш братик был среди твоих друзей-учеников. Этот мальчик – его земное отражение. Он необычный ребёнок. И его сегодня очень обидели. Вот только не можем понять, как! Но мы это чувствуем сердцем…
– Значит, надо во что бы то ни стало вернуться туда! – лепетал малый, как во сне.
– О нет, больше там появляться не надо! Это опасно и для тебя, и для нашего братика. Никто не должен знать, что ты его ищешь! Иначе тебе будут всячески препятствовать.
– Так что же делать?
– Ты с ним ещё встретишься в другом месте! Но пока что ты должен догнать ход земных событий в мире сновидений! Итак, сегодня ты обязательно увидишь свой важный сон. Не забудь быть в нём осмотрительным!
Вмиг волшебное видение растаяло, как дым от сильного ветра. Данко огляделся вокруг и заметил двух старых тётушек, что остановились неподалёку от него на площади и засмотрелись, разинув рты.
– С тобой всё в порядке, мальчик? – спросила одна женщина. – Ты не потерялся?
Данко покачал «нет» и поплёлся домой.
Вечером ремесленная семья была особенно встревожена. От вести, что сына выгнали, отец всё время молчал и лишь сердито шаркал ногами взад-вперёд. Мать по своей привычке недовольно бормотала и грохала на кухне горшками. А маленькие дочки чуть не подрались из-за какой-то сломанной куклы…
Данко долго не мог заснуть. Наконец усталость и печаль положили на белобрысую детскую головку свои большие тяжёлые ладони. Но когда он заснул и словно перенесся в другой, параллельный мир, его душе стало чрезвычайно легко и приятно. В ней изнутри заструилось какое-то другое яркое сознание.
Несколько секунд он летел, свободный и невесомый, после чего почувствовал, что опустился ногами на плавучую небесную синь. Он завис в пространстве, словно стоял на поверхности моря, чуть-чуть покачиваясь в приятной невесомости. Вокруг него в мерцающем хороводе запрыгали тысячи, миллионы золотистых космических частиц. Ещё миг – и Данко оказался в просторной звёздной комнате с прозрачными стенами, что ритмично дрожали, как скользкое тело медузы. По комнате там и сям были разбросаны большие яркие звёзды, величественные и холодные, но невероятно красивые. А между ними тонкой полоской ослепительного небесного тумана тянулась фраза на непонятном языке. Однако внутреннее зрение Данко прочитало её – «Созвездие Водолея»
«Созвездие Водолея… – повторил шёпотом мальчик. – Что это такое?»
Стены комнаты то колебались, то вообще исчезали, но ноги Данко твёрдо ступали по воображаемому невидимому полу. Вдруг ниоткуда появилась вторая такая же просторная комната, в которой вместо воздуха носился полупрозрачный голубоватый дымок. В углу сидел какой-то странный маленький старичок и держал перевёрнутую амфору, из которой непрерывно текла вода. Она скрывалась от взгляда сразу же, как вытекала из тонкого горла амфоры, и, обретая новые свойства, становилась той же самой голубой дымкой.
Данко подошёл ближе и удивился.
– Что это вы делаете, дедушка?
– Хм… Лью воду, разве не видишь? – ответил насупленный Водолей.
– А зачем вы её постоянно льёте, если от этого пользы никакой?
– Ты прав… никакой! Но так сказал, приказал наш Верховный Колдун Звёздной Воды, вот я и выполняю его приказ. Любая власть – священна!
– А вы случайно не видели Лунного Принца?
– Лунного Принца? Я слышал о нём от синего космического ветра и быстрых теней-проказниц. Они разносят здесь все новости и сплетни. То необычный, но и очень непослушный ребёнок! Как раз тебе товарищ! – говорил Водолей, важно шевеля густыми, молочно-белыми бровями.
– Как же мне его найти?
Старик взглянул на малого и задумался. Но сквозь то молчание можно было прочитать тщательно спланированный и хитрый замысел…
И когда Данко пытался разгадать, что задумал старый Водолей, в другом сне Лунные принцессы покинули вышивание и собрались в библиотеке перед книгой. Все они взволнованно смотрели на экран книги, замерли, словно три восковые фигуры, а на экране мелькали причудливые тени в, понятном лишь космическому ветру, танце.
– Наш Данко попал в сон Водолея, – переживала старшая сестра, – в том сне нет цветов, поэтому помочь ему мы никак не сможем. Связи со сном Водолея не существует.
Но сон существовал, и Данка окружили полупрозрачные тени, которых космический ветер перегоняет через всю Вселенную из одного места в другое. Это были тени людей, животных, предметов, таких, какие можно увидеть только во снах. Данко видел и знакомые с детства вещи – кадку, в которой мать квасила яблоки, воз с лошадью, которым завозят глину в цехи и мастерские, где работал отец. Но проносились и такие тени, для которых Данко даже не знал названия и назначения: что-то похожее на блестящего жука с колёсами, странный чайник с хвостиком, железная книга, у которой с одной стороны было световое зеркало. Такими же разными были тени людей: то закутанные в шкуры, то одетые в железные латы, и с мечами в руках, а то в пятнистых камуфляжах с металлическим оружием за спиной. Разнообразны были и размеры предметов – от размера иголки до гигантских замков, но успокаивало только то, что это были тени, а не сами предметы. Сквозь них виднелся старик с ехидной улыбкой:
– Что же, мальчик, ищи Лунного Принца внимательнее. Среди теней-проказниц он точно есть, потому что тени являются отражением всего сущего от начала до самого конца! В них спрятаны прошлое и будущее…
В придуманном космическим ветром танце тени-проказницы то скучивались в сгустки, то расплывались серыми облаками в разные стороны вокруг Данка так, что у него начала кружиться голова, некоторые предметы становились плотнее и начинали толкать парня, представляя реальную опасность. Словно выпад из вертлявого водоворота появились подвижные лестницы, захватили парня и понесли собой вниз, в сгусток чёрных теней.
Лунные принцессы суетились возле библиотечной книги, меняли горшочки с цветами, но экран был залит чёрным пятном, и лишь иногда в нём проскакивали огненные искорки. Но разглядеть что-то в том пятне было невозможно.
– Мы не можем видеть Данка, – сказала старшая Принцесса, – теперь остаётся только ждать и надеяться, что всё будет хорошо.
– Может, надо его разбудить! – посоветовала младшая сестра-принцесса.
– Это можно сделать только в реальном мире, так что будем только верить, что Данко справится и найдёт выход из мира Верховного Колдуна Звёздной Воды…
Лестницы опускали Данка в тёмный туннель, где тени сталкивались, накладывались одна на другую, склеивались в такие удивительные свалки предметов и людей, что создали картину настоящей Вселенской помойки. Такое зрелище передать словами невозможно, лишь хаотический ужас мог создать его.
Лестницы двигались в открытые челюсти железного черепа, где вместо глаз светились два синих прожектора. Было жутко даже смотреть на череп, не то что туда попадать. Данко бросился бежать по лестнице вверх. Но, как всегда бывает во снах, он изо всех сил бежал, задыхался, напрягал все свои силы, а тело двигалось всё туда, куда лестница – в металлический череп. В душе мальчика накапливалась отчаянная безысходность. В раскрытых челюстях излучалась чёрная пустота. В последний миг, перед тем, как пустота проглотила Данка, он успел завязать узелок на ленточке, которую ему дала Лунная принцесса.
– Не надо было этого делать! – громом заговорил череп, но Данко уже провалился в чёрную пустоту и исчез.
Единственным выстрелом света пространство сменилось другим зрелищем. На белом бесконечно ровном пластиковом поле, как чёрная горошина, как единственная муха на белоснежной скатерти, торчал металлический череп с синими банками-прожекторами вместо глаз. Возле него бегал туда-сюда маленький человечек, что едва доставал до ноздри черепа. Человечек ругался:
– Я тебя отправлю на переплавку! Я тебя разберу на атомы водорода, сделаю из них бомбу и разорву на всю пустоту Вселенной! Это я – владыка Верховный Колдун Звёздной Воды, окружённый железными дураками и недоумками! Как ты мог его выпустить из моих рук! Как ты мог маленького глупенького мальчишку, какую-то ничтожную человеческую особь, прозевать у ворот снов? Ты – четырестакиберразум, тримильярдпроцессорный супердроид выключился именно тогда, когда надо было схватить ребёнка…
Из глаз черепа потекла синяя смазочная слеза. Череп подавленно оправдывался:
– Не виноват я, владыка! Не виноват! Не отправляй на переплавку! Этот мальчишка, словно специально у меня перед глазами завязал узелок! Ты же знаешь, владыка, что значит для меня узелок… Как только я вижу его перед собой, вся моя миллиардная, помноженная на трильярдную, память начинает его развязывать… А как можно развязать узелок несуществующей серебряной ленточки, чьего-то непросчитанного сна о придуманной детской сказке? Такие задачи меня зависают… Я отключился, но не по своей воле…
Человечек со злобой лупил каблуком ботинка железный череп по нижней челюсти и визжал:
– Что мне с вами делать, железными дураками?! Сначала Чёрная Колдунья, моё умнейшее создание из лучших тёмных кристаллов «четыреста четыре черта», прозевала его ещё младенцем! Я тогда просчитал всё…
На белом пластиковом поле, словно чёрные грибы, начали вырастать вокруг черепа сооружения вычислительных машин и роботов. Бесконечно белое поле начало превращаться в бесконечно чёрный город компьютерного оборудования, словно мегаполис электронных запчастей…
– Я просчитал микро-возможности до энной единицы вероятности, чтобы похитить Лунного принца из колыбели, а она, это чертово «ЧЧЧ», решила прихватить для младенца молока в реальном родильном доме… Ты знаешь, что произошло?
Череп качнул сам собой в знак подтверждения:
– Знаю. Она случайно облилась молоком и скисла… Она в кислоте сгорела и сплавилась в чугунную подставку под вазон…
– Вот во что превращаются Чёрные Колдуньи, которые не выполняют надлежаще мои инструкции! Я потерял Лунного принца на целых десять земных лет! Вот только затеплилась возможность найти его, появился какой-то мальчишка, что наверняка что-то знает, а ты, металлическое дерево, пропустил человека сквозь ворота снов. Я ещё подумаю, во что переплавить тебя… А пока мне некогда.
Сооружения компьютерного города загудели электронным шумом, над городом возникла серая мгла, что стала поглощать видимость пространства, превращая пространство в воду, и через некоторое время на том месте в голубой дымке, в углу комнаты сидел дед-Водолей с амфорой в руках, который продолжал плести свои афоризмы: «Любая власть священна, ибо она окроплена священной водой! Так говорит Владыка! Не справились мы с заданием, не поймали мальчика. Теперь, возможно, Владыка нас выпарит и распустит на космический ветер…
А тем временем Данко оказался один посреди каменной дороги, что пролегала иглой-стрелой до самого горизонта среди поля расцветших одуванчиков. Впереди, на самом острие дороги, сидело, как огромный каравай, вечернее солнце. Всё дело в том, что позади парня тоже простиралась дорога-стрела аж до горизонта, и на ней тоже сидело утреннее солнце. Или, может, наоборот, спереди было утреннее солнце, а сзади – вечернее? Куда надо идти – вперёд к солнцу, или назад к солнцу? Даже тени от двух солнц не падало на дорогу, потому что каравайные светила с обоих противоположных сторон сжигали тени. Данко попал в сон без теней. Но куда же идти?
«Одуванчики! – обрадовался мальчик. – Одуванчики – это солнечные цветы! Они мне помогут!» Данко нагнулся к жёлтым пушистым шляпкам и погладил их маленькой рукой. «Проснись, лето!» – воскликнул он. В ответ – лишь космическая тишина. «Проснись, лето!» – повторил он. Вдруг золотые одуванчики сорвались с тоненьких стебельков и вспорхнули в пространство сотнями невесомых пушистых птиц. Они кружили, танцевали, образовывали всякие причудливые фигуры. Потом птицы в одно мгновение рассыпались, словно по взмаху чьей-то волшебной палочки. Наконец, эта золотисто-бешеная феерия начала образовывать сплошную палитру из очень мелких крупинок, каждая из которых поблёскивала, словно чистый бриллиант. Данко мотал головой то туда, то сюда, его так зачаровывал этот невероятный блеск, что, наверное, в ту минуту он был счастлив…
Золотые крупинки сложились в прекрасные каллиграфические строки, в которых каждая буква была словно живой, словно дышала и шептала что-то. Между строк мальчик прочитал: «Ох, ох! Ты попал в будущее! Так… Настанут такие времена, когда в мире воцарятся компьютеры и железные чудовища, разум человека станет сверхсложным и суровым. Тогда навсегда исчезнут доброта и любовь! А пока – остерегайся железа, и во сне, и наяву! Ищи хлеб!»
Волшебное видение исчезло в одну долю секунды. Снова воцарилась гнетущая космическая тишина. Мальчик оглянулся. Он всё ещё находился на распутье солнечных стрел, но теперь одуванчиковое поле было пустым, словно скошенным громовой косой. Грязно-зелёные, увядшие листья покрывали небесный грунт печальным дырявым ковром. Данка удивили последние два слова его спасительной золотой писанины о хлебе. Неужели в небе тоже сеют, жнут и пекут хлеб? Разве все жители космоса не бестелесные существа, которым не надо ни есть, ни пить? Этого он никак не мог уразуметь. Однако он не смел сомневаться в спасительном послании и решил неукоснительно ему следовать.
Но что же Лунные принцессы? – разве они не видели и не знали, что Данко ждёт их помощи? Если это не сёстры говорили с ним, то кто? Кто ещё захотел прийти ему на помощь или, может, наоборот, свести с правильного пути?
Данко почувствовал, как от одного из солнц веет тёплым щекочущим воздухом. Он уже сделал ему навстречу несколько шагов, но вдруг резко оглянулся. С противоположной стороны повеял ещё более тёплый ветер, а из румяного солнца, похожего на каравай, пошёл густой пар. Вдруг солнце начало скрипеть и делиться на тоненькие аккуратные ломтики, словно его кто-то резал невидимым ножом. Один кусочек отвалился и покатился по каменной дороге. Данко бросился туда изо всех сил, но его ноги теперь не слушались и ступали тяжело и медленно. «Хлеб! – подумал он. – Сколько хлеба! Им можно накормить двадцать человек!» Вдруг малый и сам почувствовал нестерпимый голод и рванулся к ароматному ломтю, как голодный щенок. Он обхватил руками хрустящую корочку – хлеб был настоящим! Потом откусил кусочек и ещё раз в этом убедился. «Надо взять немного хлеба домой, – думал малый, словно старый. – Нынче всё так дорого…» Но как только он так подумал, огромная хлебина исчезла, а дорога-стрела резко оборвалась, словно подмытая морскими волнами скала, и бедолажный Данко полетел вниз головой.
«Я пропал!» – подумал он, но потом вспомнил, что у него есть серебряная ленточка юной принцессы. Он на лету вытащил её и с немалыми усилиями завязал узелок. В ту же самую минуту он зацепился воротом рубашки за какой-то сук, и так и повис на нём…
В левой руке Данко сжимал ленточку, а правой пытался нащупать то, за что он зацепился. Это оказалось огромное чёрное дерево, которое росло в небе без корней. Оно просто стояло прямо посередине Млечного Пути, на котором находилось ещё много причудливых деревьев, домов, дворцов и храмов разных космических божков. Но это дерево было особенным. На нём и в нём жило около ста обитателей. Это были звёздные птицы и насекомые, летучие белки, летучие мыши с тремя глазами, разноцветные гадюки и ползающие рыбы. Жители жили либо в дуплах, что напоминали этажи высотного дома, либо в гнёздах, которые свисали с веток, словно пушистые вязаные мешочки. Самым главным в этом коммунальном жилье считал себя зелёный крючкоклювый аист. Он заметил незваного гостя, что беспомощно висел на ветке.
– Эй, ты кто? – спросил хозяин.
– Я потерялся… в собственных снах!
– В собственных снах? – буркнул аист, мотнув своим длинным, загнутым вниз клювом. – Ну ты и чудо! Ты хочешь сказать, что я тоже сплю?
– Да нет, Вы не спите, клювастый господин! А вот я сплю… И не могу найти дорогу домой, а ещё не могу отыскать Лунного принца!
– Пхе-пхе… Так ты уж определись, что ты хочешь найти – дорогу домой или своего именитого товарища!
– Да я с ним не знаком. Я просто должен спасти его, иначе мир перейдёт под власть злых тёмных сил.
– О! Я много слышал и о Лунном принце, и о Верховном Колдуне звёздной Воды, и о колдуньях там всяких… Поверь, мальчик, таких сказочек здесь множество, и твоя – не самая интересная… Мы здесь все умеем болтать! Вот хотя бы послушать Белку-пустомелю, которая живёт в корнях дерева, а частенько бегает в людские миры за орехами. Такое иногда порассказывает…
– Так что же мне делать? Как хотя бы вернуться домой?
– Ну, я не знаю, где ты живёшь, но у меня есть несколько неплохих путеводителей, – Аист метнулся в своё просторное дупло и вернулся, неся в клюве несколько мешочков, расшитых золотыми нитками. – Здесь есть орешки, изюм, рис и пшеница. Что выберешь?
– Пшеницу! – не задумываясь, воскликнул малый. Пока Аист хвастался своим умом и вещами, бедолага продолжал висеть на ветке.
– Ладно, держи! Спустишься на Млечный путь и будешь бросать по зёрнышку. Зёрнышки будут прорастать и тонкой полоской травы указывать тебе верное направление. Вперёд! – и Аист качнул ветку могучим клювом так, что Данко свалился с дерева на белую туманную дорогу. Он шёл, бросая по зёрнышку под ноги, и вдруг заметил, что потерял серебряную ленточку! Бедолага бросился было её искать и… проснулся!
Сказочный сон, полный приключений и опасностей, сменился скучной обыденностью…
– Так, старый, буди-ка малого! Пусть идёт посмотрит, как отец на жизнь зарабатывает, – слышался голос матери где-то под дверью детской комнаты. – Эх, ни на что он не годный, даже в писари не пойдёт! Так пусть приучается сызмальства к труду, вырастет – не пропадёт!
В семье Данка было всё наоборот. Отец имел кроткий спокойный нрав, а мать – сердитый и властный. Очень удивилась она, когда увидела, как Данко выскочил к ним, даже не дождавшись, пока его разбудят.
Итак, пошли отец с сыном в мастерскую. Отец Данка был оружейником. Он умел ещё много чего делать, но на то время оружие имело наибольший спрос, и люди шли туда, где больше платят. Большая комната с пузатыми печами, в которых разогревали железо, да добрая дюжина старых засаленных столов, за которыми работали ремесленники – такой предстала перед Данком отцова мастерская. Широкоскулые дядьки в грубых коричневых фартуках, с закатанными рукавами и мокрыми от пота волосами неустанно стучали молотками, точили и ровняли железо. Первые несколько секунд Данко с интересом разглядывал комнату и людей.
«Как хорошо, что я куда-то вырвался! Дома так скучно! Бедные сестрички – они, наверное, тоже скучают целыми днями!» и тут он вспомнил, что потерял во сне свою серебряную ленточку… Надо немедленно вернуться в сон и найти её! Но как?
Через минуту-другую в мастерскую зашли ещё двое тружеников и поздоровались. У одного из них было насупленное и решительное лицо.
– Нынче поступило ещё больше заказов! – сказал он – Стране нужно оружие!
– Тьфу! – поморщился какой-то ремесленник и перестал стучать. – Мы работаем всё больше, а платят нам одинаково мало! Сколько уже можно делать одно оружие! Народу хлеба не хватает! У меня пятеро детей, а они до сих пор не знают, что такое пряники! Они называют ими сухари.
В мастерской наступила тишина.
– Да! Да! – отозвался другой оружейник. – Сколько можно воевать!
– Столько, сколько пожелает король… – ответил насупленный мужчина.
– Да будь он неладен! – ещё громче крикнул возмущённый ремесленник. – Может, и ты будешь тут рассказывать, что любая власть – священна! Да все нормальные страны давно стали республиками, только мы, словно дураки, терпим это всё!
– Да! – раздался ещё один голос. – Они ввязались в войну семи государств. А всё из-за чего? Из-за того, что король – бездельник, и ему скучно жить!
Мастерская дружно взорвалась смехом. Лишь один сердитый мужчина у порога оставался серьёзным и понурым – это был хозяин цеха, странно похожий на Водолея…
Отец Данка тоже не смеялся, как все, только слегка улыбнулся.
– Пойдём-ка на улицу, сынок! – сказал он и взял мальчика за руку. – Так что, хочешь ты быть оружейником? – спросил он сына уже во дворе, присев и обняв его большими натруженными руками.
Данко покачал «нет».
– А кем ты хочешь быть, сынок?
– Не знаю… Я хочу пряник!
– Ох, бедный малыш! Пойдём со мной.
Отец повёл Данка к небольшой хлебной лавке, что находилась почти рядом с мастерской. По дороге он встретил знакомого и не заметил, как Данко шмыгнул под какой-то куст, потому что ему показалось, что под ним растут цветы. Мальчик очень любил цветы, а в последнее время его особенно тянуло к ним. Вдруг из-за соседнего дома показалась старая немощная женщина, что едва слышно повторяла «Хлеба! Хлеба!» Данку показалось, что она машет ему рукой. Он подошёл ближе. Женщина отдалялась, словно притягивая к себе взглядом.
Тут отец заметил, что сын исчез. «Данко! Данко! – закричал он». Оба мужчины бросились оглядывать улицу, но малого нигде не было. Словно сквозь землю провалился…
Почему Данко пошёл вслед за старушкой, он не понимал. Словно отголосок прошлого сна, слова «хлеба, хлеба» сбивали с толку память, и мальчишка забылся об отце и о прянике. Хотя на вид женщина была старая и немощная, двигалась она довольно проворно, и мальчишка едва поспевал за ней. А направлялась она в зажиточные кварталы города, где Данко не был отроду. Он лишь часто видел, что там постоянно поблёскивали в небе фейерверки, центр города светился волшебным богатым светом.
В центре стоял дворец короля, вокруг него жили вельможи и вся их прислуга. В те кварталы бедноту никогда не пускали, для этого на подступах и перекрёстках улиц стояли толстые городничие в бронзовых шляпах и прогоняли прочь всех, даже почтенных граждан, у которых не было пропуска. Лишь несколько раз за свою жизнь Данко приближался к центральной площади города на плечах своего отца, вместе с многотысячной толпой, когда были какие-то важные королевские праздники и весь люд собирался посмотреть на королевские кортежи. Поэтому улиц, по которым вела его старушка, Данко не знал.
Женщина завернула за угол, и Данко вмиг лишился магнитной зависимости от неё, вспомнил, что где-то его потерял отец, что надо быстро возвращаться назад. Но теперь уже любопытство пересилило мальчика, и он тоже заглянул за угол улицы.
Это был богатый проспект, который тянулся стройной брусчаткой к дворцу короля, что шпилями двадцати белоснежных башен подпирал легкокрылые облачка голубого неба. По обе стороны от него, надвигаясь друг на друга, выстраивались дома и дворцы, имевшие волшебные рельефные лепнины и скульптуры на своих парадных фасадах. Через улицу, между домами, полыхали на ветру различные праздничные гирлянды, разноцветные шарики, словно здесь застыл вечный праздник. Старушка шла по проспекту к королевскому дворцу, и Данко снова услышал магнитные слова «Хлеба! Хлеба!». За этим сам наступил на брусчатку роскошной улицы.
В дворец ударила молния, и всё вокруг мгновенно изменилось. Брусчатка превратилась в лестницы, что двигались вниз, а дворец – в чёрный металлический череп с синими прожекторами вместо глаз… Дома с причудливыми фасадами превратились в разнообразную вычислительную технику с колёсиками, трубами, между которыми сновали блестящие медные роботы в металлических бронзовых шляпах. Немощная старушка повернулась лицом к Данку, и из женского тряпья вылупился маленький человечек, что держал в руке ленточку Лунной принцессы.
– Теперь, мальчик, тебе не убежать от меня! – сказал он. – Я всё просчитал! Я Верховный Колдун Звёздной Воды – сам взялся за тебя, и ты мне всё расскажешь о Лунном принце!
Данка охватил ужас. «Что происходит?»
Словно волна холодного понимания проникла в каждую частичку тела: он до сих пор спит, он находится во снах.
Ему только приснилось, что он проснулся в реальном мире. Отец никогда не изготавливал оружие, отец работал в цехах, где делали горшки и посуду. В городе, где обитал Данко, никогда не было королевских дворцов и вообще короля. Городом управлял избранный общиной мэр Клаптик, а столица страны находилась очень далеко от этого промышленного городка, и управлял страной, как говорили взрослые, парламент Собрания Представителей. Данко вмиг всё понял, а вокруг бушевал очередной сон, сон реальных событий.
Но такое понимание было уже ни к чему, потому что перед Данком подпрыгивал от радости маленький человечек и, словно дразня мальчика, махал перед собой ленточкой Лунной принцессы. Данко таки серьёзно запутался во снах и выбраться из них самостоятельно, наверное, уже не мог.
Лестницы приближали мальчика к Верховному Колдуну, за которым, как чёрные ворота, возвышался металлический череп, мигая синими глазами.
Маленький человечек был несколько забавной личностью. Если бы не долговязые руки и ноги, то человечек был похож на чёрного червя с лысой блестящей головой. Одетый в сплошной чёрный комбинезон, он напоминал чёрную гусеницу, а густые брови свисали, словно усы.
В свете синих глаз металлического черепа лестницы остановились. Данко стоял перед Верховным Колдуном на приплюснутой площадке, похожей на сковороду.
– Мой дорогой маленький герой, – дерзко заговорил чёрный человечек, – может, тебе и скучно в твоём мире, что ты стал шататься во снах и чужих мирах, но там – где-то далеко, твой реальный мир. А мой реальный мир здесь! И я Владыка этого мира! Я спал мирно себе посреди ледяной планеты или ледяной Вселенной, пока лёд не растопили Лунные принцессы своими звёздами! Зачем было тревожить мой покой? Они так усердно стали нашивать звёзд, что даже холодный свет блестящих крапинок стал плавить мой колыбельный лёд, превращая его в воду! Представь себе – ни с того, ни с сего я пробудился в вязкой воде ничтожным червяком, которого каждый хочет схватить, раздавить, разбить, проглотить…
Человечек так разошёлся в злобном шипении, что лицо у него позеленело, глаза вылупились, а брови вытянулись, как антенны.
– Сколько времени мне пришлось выживать в мире водянистого мрака, где проснулись кроме меня ещё множество всяких тёмных чудовищ! Я овладел ими, я стал владыкой этого мира и теперь хочу отомстить тем Лунным принцессам! Они меня разбудили, они за это поплатятся! Их мир будет недолгим! А к тебе я ничего не имею. Ты себе живи в своём мире спокойно, работай, ешь, расти, становись владыкой своего мира. Я даже тебе помогу стать королём или генералом… маршалом, полководцем, кем захочешь!
Верховный Колдун стал успокаиваться, и на его лице появилась хитрая коварная улыбка.
– Я же изучаю синий космический ветер Вселенной, который носит с собой тени всего сущего от начала до конца. А тени – это знания как прошлого, так и будущего. Представь себе, если я научу тебя, как создать атомную бомбу, то всё оружие, которое куют в твоём реальном мире, станет просто игрушкой для детей, а ты захватишь весь мир! Мы будем с тобой друзьями! А, дружище, согласен рассказать мне, где прячется Лунный принц?
Колдун мгновенно почернел лицом и прохрипел:
– А если откажешься, я тебя задушу хоть этой ленточкой!
Он накинул ленточку на шею Данка и хотел было затянуть узел ленточки, как вдруг Данко проснулся. Его разбудила младшая сестричка.
– Даня, Даня, проснись, я тебе принесла пряник.
Данко лежал в своей кровати, через окно пробивался свет спокойного месяца. В его свете стояла младшая сестричка с пряником в руке.
– Почему ты не спишь? – спросил смущённый Данко.
– Не знаю. Мне приснилась такая красивая девочка. Мы с ней играли в звёзды. Кидали друг другу, как мяч. Я не сумела поймать звезду, и звезда разбилась. Я проснулась и с тех пор не могу заснуть. А ты во сне всё время говорил о хлебе. Я подумала, что ты голоден, и вот принесла тебе пряник, который папа сегодня купил.
Данко присел на кровати, закрыв лицо руками, вспоминая свои сны.
– Как хорошо, что ты меня разбудила. – Тихо говорил Данко.
– А что это у тебя на шее? – спросила сестричка и коснулась рукой тонко-серебряной ленточки. – Что-то такое сказочное, нежное, с узелками…
– Да это такая моя игрушка… – неуверенно проговорил братик. – Я её нашёл на улице под клумбой.
– Дашь поиграть? Я как раз хотела такую для своей куклы, чтобы завязывать ей волосы.
И тут мальчик не удержался и проговорился сестре.
– Понимаешь, это необычная ленточка. Ею нельзя играть, когда захочешь, а только тогда, когда надо.
– Не понимаю… – захныкала девочка.
– Дело в том, что я принёс эту ленточку из сна. Мне её дала одна маленькая принцесса. Мне очень часто снятся странные сны… о каких-то лунных домиках, о принцессах, об их брате – принце, который потерялся… А ещё о звёздных колдунах, королях, железных человечках…
– Ух ты! – обрадовалась сестричка. – Так это же настоящие сказки! Как хорошо, что тебе такое снится. Теперь будешь нам рассказывать вместо матери…
– А вы никому не признаетесь, что я вам рассказал?
– Нет! Нет! – заверяла малая. – Потому что если признаемся, то ты больше никогда нам ничего не скажешь! А знаешь, мне тоже когда-то снился похожий сон… Только это было так давно, наверное, поза-позавчера, что я уже и забыла. А теперь я снова видела во сне маленькую девочку! У неё не было игрушек, только звёзды. Ой, что-то я опять захотела спать… – сказала сестричка, зевая. – Давай будем искать того принца вместе!
– Ладно, – согласился Данко, доедая пряник.
Дети снова уснули. В окно ласково заглядывал молодой месяц. Его сказочное беловатое сияние просачивалось сквозь старые занавески, вырезая в комнате таинственные узоры-тени. Легкокрылые богини сна обнимали детское сознание нежным мелодичным голосом, унося в неведомые страны грёз и фантазий…
Данко летел на невидимых крыльях, сотканных из звёздных туманов, и ему казалось, что он снова видит лунный домик и принцесс, что вышивают у окна. Однако это были лишь иллюзии. Он летел всё стремительнее и стремительнее, минуя сотни небесных тел, похожих то на причудливые плетения космических сгустков, то на прекрасные цветы с расшитыми золотом и серебром лепестками. Данку было легко. Ни страх, ни тревога в ту минуту не волновали его маленького сердца. Нельзя сказать, что он дышал полной грудью, ведь в космосе вообще не дышали – там не было воздуха. Было одно сплошное пространство, сложенное из миллионов атомов звёздной воды и пыли, пространство – свободное от земных потребностей…
Постепенно сказочная простыня неба начала сворачиваться в неровные складки, Данка закрутило, перевернуло с ног на голову, а потом обратно, и он оказался в комнате, обитой красным бархатом. Пол напоминал шахматную доску, и её кубики всё время двигались, меняясь в цвете. Там не было ни окон, ни дверей, но тени и небесные создания могли проникать туда сквозь стены. На стенах же повсюду были развешаны чёрно-белые мишени, а в углу комнаты стоял её хозяин – Стрелец. Это получеловек вместо ног имел лошадиный туловище. Длинные волосы и борода спадали аккуратными чёрными локонами. Чёрные жгучие глаза так и метали гневные молнии. В руках Стрелец держал золочёный лук и прицеливался в мишени. Каждый раз, когда он выпускал очередную стрелу, из его ладони вырастала следующая, и так – бесконечно.
– Что это вы делаете, странный господин? – спросил озадаченный Данко.
– Стреляю! – отрезал хозяин.
– Зачем?
– Затем-затем! Потому что так приказал Владыка! Любая власть священна, а любое оружие – полезно.
Данко вздохнул.
– А ты что здесь делаешь? Может, Лунного принца ищешь? Слышал-слышал я о нём… Верховный Владыка приказал мне убить его, как только увижу, а ещё – всех тех, кто его будет искать! – и Стрелец уже направил на бедолагу свой меткий лук.
Мальчик задрожал, но не растерялся. Он мигом достал из кармана серебряную ленточку и завязал на ней узелок. Рука Стрельца уже отпустила тетиву, но разящая стрела, как и все прошлые разы, попала лишь в мёртвую полосатую мишень. Данка уже и след простыл. Он словно провалился между квадратные плиты воображаемого пола.
Несколько секунд его окружала пустота, пустота, лишённая малейших звуков и видений. Потом она сменилась таким же внезапной вспышкой неестественно-яркого света. Данко закрыл глаза руками, чтобы не ослепнуть. Когда открыл их, то увидел, что стоит посреди белого пластикового поля, вокруг него потрескивают железными костями десятки роботов и человеко-компьютеров, а прямо перед ним, метрах в десяти, сидит гигантский железный череп с синими глазами-прожекторами. В ту минуту он как раз ел. Открыв здоровенную беззубую челюсть, череп принимал космический мусор, что падал ему в рот с подвижных лестниц, спущенных где-то высоко сверху. Тут как тут оказался сухорукий Верховный Владыка.
– А! Вот и снова ты! – воскликнул он, заскрежетав серыми зубами и забегав на фоне черепа, как подпалённый. – Ты уже два раза от меня убегал, третий – не удастся!
– Почему вы такие злые, худой господин? – спросил добрый мальчик.
– Почему я такой злой! Почему я такой злой! О, глупые люди! Они ничего не знают о жизни таких созданий, как я! Я злой, потому что твои принцессы разбудили меня, потому что я замёрз, замёрз ужасно! Мне холодно и голодно! Я вынужден всё время бегать туда-сюда, чтобы хоть немного согреть свои бессмертные сухие кости! – пожаловался человечек и забегал ещё быстрее. – И не могу есть, потому что как только я что-то проглочу, это мигом превращается в миллиарды частиц взрывной космической энергии, такой мощной, что я могу взорваться и разлететься на мелкие-премелкие кусочки! Я не могу даже пить воды, потому что как только я сделаю глоток, она сразу начинает кипеть во мне ледяным кипятком и испаряться ядовитым газом через уши и глаза, и тогда я задыхаюсь! Понимаешь? Ах ты, маленький негодяй! Это всё из-за тебя и твоих сестёр!
– Моих сестёр?
– Да-да! И ты напрасно ищешь Лунного принца!
– Почему?
– Да потому что Лунный принц – это ты!
– Я?
– Ты-ты! Это тебя десяток лет назад похитила из звёздной колыбели Чёрная Колдунья, которая потом понесла тебя в родильный дом реального мира и там скисла! Я потерял тебя из виду! Ах ты, малый бездельник! Ты попал в бедную ремесленную семью, и я бы тебя никогда не разыскал в мире людей, если бы ты не вернулся в небо сам. Хе-хе-хе! Знаешь, малый глупец, мир снов тесно переплетён с реальным миром, но в космосе существуют и прошлое, и настоящее, и будущее одновременно. Это тебе говорю я – Верховный Владыка Звёздной воды! И я предлагаю тебе два пути – либо ты будешь и дальше помогать своим капризным сёстрам, и рано или поздно попадёшь туда, куда попадает весь космический мусор, либо будешь дружить со мной! Я предлагаю тебе заключить союз! Ты откажешься от своей глуповатой идеи попасть в Долину Лунного шёлка, и будешь вместе со мной уничтожать мир! Представь, как это будет весело!
– Нет! Нет! Не могу! Я люблю мир, люблю людей, люблю своих маленьких сестёр! Я не буду вам помогать, злой господин!
– Ах так, малый проходимец! Ну, берегись!
Человечек тряхнул бровями-антеннами, словно рассерженный жук, и ткнул сухим чёрным пальцем в сторону серого робота-великана, словно приказывая ему действовать. Голова у того робота была похожа на молоток, туловище – сложено из острых, словно рыбья чешуя, металлических пластин, а вместо рук свисали подвижные огромные клешни. Последних – рук, их же клешней, – было целых шесть…
Робот наступал на Данка, а мальчик пятился прямо ко рту гигантского чёрного черепа, который перестал глотать мусор и разинул свою ротовую полость на парня. Данко тревожно думал, что может случиться, что можно сделать, но ответа не находил, лишь бегал взглядом вокруг, ища поддержки в чужом холодном и жестоком мире… Вдруг на единственном угловом зубе челюсти черепа, что был похож на железный горшок, Данко заметил маленький и несчастный кустик одуванчика, где на тоненькой ножке собирался расцвести бутон жёлтого цветка, но для этого, наверное, не хватало тепла…
Данко бросился к кустику и во весь голос крикнул «проснись, лето»!
От неожиданности череп удивлённо замер и начал мигать одним синим глазом… Робот с клешнями вообще упал на ягодицы, чуть не сбив клешнёй своего Владыку. Сам Верховный Колдун вытаращил глаза, а его брови превратились в два знака вопроса.
– Откуда «оно», «это», «такой вирус», этот жёлтый цветок здесь? – как-то по-шпионски тихо спросил человечек у черепа. Череп перестал мигать глазом и виновато ответил:
– Не виноват я, Владыка! Наверное, в прошлый раз этот мальчишка трусил своей одеждой и раструсил семена, а где он шатался и где набрался – я не знаю…
– Пусть так, но откуда взялась для этого вирусного семени земля в твоём зубе? – человечек становился самим собой, потому что его начинали трясти злоба и гнев. А череп только и оправдывался:
– Я поедаю миллионы тысяч тонн космического мусора, разве уследишь, что попадает на зуб…
– А кому я говорил, что зубы надо чистить! – громко закричал человечек.
– А где же у меня зубы, когда я беззубый? – тянул своё череп.
– А это что, не зуб? То что, глаз или нога?...
Пока происходил спор, пространство вокруг заполнялось осенней листвой. Листочки самых разнообразных растений, словно зелёные капельки густого тумана, мгновенно проявлялись, вырастали до нужного размера, а потом желтели, краснели, скручивались и в водовороте осенних кружений летали, засыпали собой поле, роботов, здания, глаза чёрного черепа, лысину Верховного Колдуна… На смену осенней листве посыпал снег, и вскоре череп стал похож на снежную гору с двумя синими прожекторами, из которых на белый снег потекла синяя смазочная слеза.
Солнце внезапно вспыхнуло на всю половину неба, и снежные заносы вмиг превращались в пар, заполнив пространство густым тёплым туманом. Человечек, он же владыка Верховный Колдун Звёздной Воды, горланил на весь туман:
– Включи противотуманный свет, ты, куча железа! – ничего-ничего не видно! Переплавлю тебя на флюгер и выставлю на посмешище синему космическому ветру!
Но в ответ никто не отзывался. Туман постепенно рассеивался, и перед чёрным человечком открылся совсем необычный пейзаж.
Вся плоскость мира была покрыта одуванчиками. У некоторых роботов одуванчики росли прямо из ушей или других отверстий в металлических конструкциях, и от этого машины лишь гудели, светились разноцветными индикаторами, но не могли двигаться. Робот с клешнями вообще врос в одуванчиковый ковёр, а у черепа с синими глазами одуванчиками была забита вся пасть и ноздри.
В небе, за горизонтом, словно приклеенный портрет на звёздном полотне, волшебно распуская серебряные лучи, свисал, как круглый герб, месяц. Казалось, он улыбался доброй и властной улыбкой. А от него – именно там, где замерли железные лестницы, пролегла тропинка серебряного макраме, вся залитая сказочным светом месяца. По тропинке шла Лунная принцесса, старшая сестра, но такая, какой Данко не мог её даже вообразить. Одета она была не в женское платье, а в блестящие металлические латы, а в руках держала острый серебряный меч.
В невыразимом восторге Данко бросился навстречу принцессе, протягивая к ней руки. Но вдруг он почувствовал, как его тело растворяется в лунном сиянии. Он хотел что-то сказать, но не имел голоса. Всё странное грозно-величественное видение стало расплываться, как некачественные краски под дождём.
– Вставай! Вставай, Данко! – слышалось ему словно сквозь сон. – Вставай! – мальчик едва приоткрыл глаза и увидел перед собой маленькую сестричку. – Сколько можно спать! Нам скучно! Вставай, будем играть! – хныкала малая.
Мама с папой уже давно ушли на работу. В окно светило яркое солнце.
– Мне снилось, что тебя хотел съесть железный монстр! – воскликнула младшая сестра. – Что тебе там снилось, давай рассказывай!
– Мне нужно вернуться в свой сон! – тревожно проговорил Данко. – О, как же я не вовремя проснулся!
– Хм… – хмыкнула сестричка. – Твои сны такие интересные… То ты просыпаешься вовремя, то не вовремя! Почему нам такие не снятся?!
Данка взволновали взрослые мысли, и он тяжело вздохнул.
– Эх, если бы вы научились вышивать, девочки! – промолвил он. – Папа мне говорил, что новая мода требует много такой работы.
– Ну и что? Мы-то тут при чём? – насупилась младшая.
– Как это при чём? Это – ваше будущее!
– Я в это не поверю, пока мне не приснится! – говорила капризная девочка.
– А ты кем бы хотел стать? – спросила братика старшая.
– Наверное, я хотел бы печь хлеб… – задумчиво протянул малый. – Или делать сладости детям…
– Или пряники! Пряники! – закричали все трое сестричек и начали прыгать по кроватям, весело смеясь.
Лишь Данко был грустен. Но причиной этого были не только его сны. Малый заболел. Простудился, наверное. Целый день он ничего не ел и не играл, а когда вернулись родители, то застали ребёнка в постели. У Данка был жар. Мама бегала и варила ему травяные чаи, папа думал, каких бы это лакомств купить, но всё ему не хватало денег…
Несколько ночей Данко, как назло, не видел никаких снов. Ему лишь чудились какие-то несвязные образы, слышались сквозь сон голоса своих космических друзей. Только он хотел поймать сон за хвост, как тот в ту же минуту выскальзывал из его сознания.
Наконец, Данко стал выздоравливать. Младшая сестричка сорвала во дворе небольшую ромашку и принесла братику. Вечером он положил её под подушку и заснул с сказочно-наивной мыслью: «Проснись, лето!».
На этот раз сон сам пришёл к нему в руки. Мальчик лежал на бескрайнем поле одуванчиков, раскинув руки, словно греясь под тёплыми лучами. Он чётко видел над собой синее космическое пространство, что золотило магическое сияние месяца. А вокруг него бессильно посдёргивались всякие железные чудеса – роботы, человеко-компьютеры, машино-люди. Сухорукий чёрный человечек, он же Верховный Владыка Звёздной воды, теперь мирно спал на одуванчиковом одеяле, время от времени вздрагивая от холода, обнимая сам себя руками и бормоча что-то непонятное.
– Эй, ты чего разлёгся? – раздался в космической тишине серебряный голос Лунной принцессы. – Тебе пора в Долину Лунного шёлка! Ниток уже почти не осталось.
– Ой! – крикнул Данко и мигом встал. – Да я и не думал лениться! Просто мне так приснилось…
– Ладно-ладно, – засмеялась принцесса и побежала ему навстречу. – Братик! – воскликнула она, обняв мальчика одной рукой, в другой она всё ещё держала серебряный меч. – Наконец мы тебя нашли.
Данко тоже её обнял и заплакал.
– Вот, держи, – сказала сестра и дала ему меч. – Это необычное оружие! Им нельзя убить, а лишь сделать добро, например, превратить врага в какую-то другую, более добрую сущность. Бери!
Данко сжал в маленькой ладони рукоять меча, который казался ему таким большим и тяжёлым. Но на удивление, меч оказался лёгким, как волшебная палочка. Данко взмахнул им и загадал сразу несколько желаний. Это были добрые детские желания, где хитростям и корысти не было места. И тут пейзаж одуванчиков вперемешку с железками превратился в сказочный маленький город с узкими, но чистыми улицами, треугольными домиками и причудливыми деревьями. Роботы и машины превратились в добрых весёлых ремесленников. Они собирались небольшими группками и хвастались друг перед другом своими товарами. Железный череп превратился в большой каменный фонтан, обсаженный пахучими цветами. Неподалёку из деревянной лавки выглядывал весёлый толстяк с длинными бровями, что напоминали усы, и выкрикивал:
– Не проходите мимо! Загляните к булочнику! Свежайшие булочки, пряники! Ароматные вафли!
Это и был Верховный Владыка Звёздной Воды…
Данко озирался вокруг, как зачарованный. Неужели такое возможно? Или это не очередное наваждение, очередной добрый, но лживый сон?
В одном из весёлых ремесленников, что толпились возле фонтана, Данко узнал своего отца. Тот держал в руке расписанный синей краской кувшин. Вдруг кто-то дёрнул Данка за рукав. Это была совсем юная белокурая девушка, в которой он узнал свою старшую сестру. И в то же время она была чем-то похожа на Лунную принцессу.
– О, это ты… – словно в тумане пробормотал Данко. – Ты уже такая взрослая. Давно ты здесь?
– Давненько, – отвечала сестричка. – Мы с сёстрами вышиваем для людей счастье… Ты что забыл?
– А что такое счастье? – спросил Данко.
– Ну… много чего… Красивая одежда, скатерти, гардины, полотенца…
– А я здесь что делаю? – бормотал мальчик.
– Эй, ты что перепил счастливого лимонада? – сказала сестра и взяла его щёки в ладони. – Ты добываешь для нас нитки! Давай, сходи-ка в Долину, потому что нам уже почти нечем вышивать…
Данко перевёл взгляд с голубых, словно небо, сестриных глаз на ясно-голубую полоску горизонта. Там, словно на рубеже дня и ночи, добра и зла, тайны и реальности, мерцали тысячами ослепительных блёсток волны серебряного тумана… Данко на некоторое время забылся. Ему было жарко и томно, кровь болезненно стучала в его висках.
Вдруг он заметил, что у него на поясе висит что-то тяжёлое. Он увидел свой меч и вмиг опомнился.
– Я вспомнил! – воскликнул он. – Я – Лунный принц, и мои сёстры послали меня в Долину Лунного шёлка!
Голубоокая юница улыбнулась.
– В одних снах ты принц, в других просто сын и брат… Главное – всегда быть Человеком… – слова юной красавицы растворялись в воздухе ласковым шёпотом лесных колокольчиков и затихали… затихали… А Данко чувствовал, как его ноги отрываются от земли, и он, бестелесный и невесомый, поднимается вверх, к новым горизонтам, новым свершениям, и новым снам… Весёлый город постепенно поглощался густыми синими потоками космической воды. Он летел, а перед глазами маячила всё та же серебряно-ослепительная полоска, словно ворота в очередной сказочный мир…
Нелегко быть Лунным принцем, когда на тебе ответственность за всю Вселенную, за всё живое и неживое в бескрайней, никем не познанной, беспредельности света и тени. Там, где нет ощущения реального прикосновения, и лишь сон во сне сталкивается с несуществующими порядками и законами достоверно живых видений своих и миллиардов чужих снов. Долины Лунного шёлка именно были сном Луны, куда стекаются сны из других миров, сказочных и реальных галактик чувств и стремлений, желаний и удовольствий. Лунный Принц не должен был раствориться в воздухе таких снов. Девочки не могли попасть в эти Долины, потому что они более чувствительны по своей природе. Они увлекались клубками чужих снов и грёз, поддавались нитям сочувствия и тревог, радостям и соблазнам чужой судьбы, терялись среди разнообразия тонкой материи впечатлений и вернуться из Долин не могли. Поэтому существовал запрет для девочек – никогда не заходить в Долины Лунного шёлка. Таков был закон Лунного сна.
Лунный принц зашёл в Долины. В Долинах не было ни света, ни темноты, лишь лазурь видимого пространства, без длины и ширины, высоты и глубины, а всё, что могло произойти, рисовала из выхваченных искринок пространства живое воображение голубого сна.
– Уу-ух! – пролетела мимо Лунного принца голубая сова. Может, то была не сова, а что-то подобное сове, что имело вместо крыльев множество голубых лент. Может, то был бумажный змей, что набирал высоту с попутным потоком воздуха, но воздух не ощущался, как и движения, что вызывает нежные щекотания тела. Представить, что то было, мог лишь тот, кто видел это в своём личном сне.
По тропинке из кристалликов сухого голубого мёда, по обе стороны которой на тоненьких пружинках колыхались сгустки тополиного пуха, Лунный принц спустился к фонтанам холодного зелёного льда. Фонтаны, как деревья, протянули свои ветви-брызги в разные стороны, собирая вокруг себя множество букашек с длинными фиолетовыми усиками, что смеялись писклявым тоненьким колокольчиком «тинь-день, тинь-день». Возле одного такого фонтана сидел то ли пёс с руками вместо лап, то ли обезьяна с головой доброй собаки.
– Доброго лунного шёлка! – Поздоровалась обезьяна.
– Доброго лунного шёлка, уважаемый господин Футляр! – Поздоровался принц. – Готовы ли мои нитки для вышивания?
– Как же не готовы? Они уже давно ждут, чтобы пойти в работу. Да долгое время никто за ними не приходил… Вот набираю здесь холодного фонтанного сока, чтобы брызгать на нитки и отпугивать шелкопрядов. Эти великаны не разбирают что есть что, поэтому уже готовые нитки заново прядут, если никто их не отпугивает…
– Я теперь чаще буду приходить, – сообщил Лунный принц, – я уже нашёлся.
– А как там на Земле, Ваша Светлость? – Спросил Футляр. – Сюда поступают такие противоречивые сны, что ничего не разберёшь. Да и не успеваешь подробно расспросить – шелкопряды их сразу прядут, не оставляя даже на память.
– На Земле всё в порядке, господин Футляр! Я расту. Решил стать пекарем. Родители меня должны отдать в обучение к знаменитому Бублику. Мама говорит, что хоть тогда будем иметь вдоволь пряников…
Господин Футляр снял со ствола фонтана ковшик, в котором булькал фонтанный сок, и по-собачьи верно побежал впереди Лунного принца, указывая дорогу к хранилищу звёздных нитей, которые он охранял.
Сон спрятал фигуры вдаль голубой дымки. Это сон. Бесконечный сон Долин Лунного Шёлка. В нём места вдоволь для всех.

глава 4 из 4

Василий Юдов и Лилия Николаенко




Мальчик Квитка
Часть 1
Было ли то, не было ли – знает время, ибо только время и лекарь, и учитель, и художник. Нам остаётся только поверить, что в маленьком горном селе жил чудаковатый мальчик по имени Квитка. Никто его не понимал. Родители постоянно ругались, а другие ребятишки смеялись и насмехались над ним: «сорняк-озорник». Малыш был совсем одинок. Однажды он обиделся на всех и побежал далеко от дома, в горы. И там, случайно, среди лесных зарослей нашёл маленькую пещеру. Залез туда и…
Ветви тёрна заслонили вход в пещеру так плотно, что в глазах мальчика появились цветные круги, а потом словно кто-то включил свет: перед ним открылась длиннющая галерея королевского дворца, на стенах которой висели удивительные картины. Но то были не портреты аристократов или просто рисунки. На каждом из полотен было изображено какое-то качество человеческого характера, а под картиной – вырезано её название золотыми буквами. Вот прекрасная дева любуется собой в зеркало, чуть приподняв в восхищении брови – это самовлюблённость. Вот воин-богатырь гордо возносит тяжёлый меч – это мужество и сила. На следующей картине ростовщик жадно считает свои золотые монеты, на другой – трус прячется на дереве. Далее зажиточная дама раздаёт милостыню бедным, а старая мать прижимает к себе детей и внуков. Что это за картины?
Невероятное любопытство потянуло Квитку разглядывать дальше: как же это всё могло уместиться в крошечной пещере? Но разве знал он, что попал в сказку или в такое место, где измерения времени и пространства имели свои особые значения, которые абсолютно не умещались в земные понятия и рамки… Точно как все те картины, что выпирали головами, руками, ногами за пределы золотых рам, но при этом содержание изображения не портилось.
Пройдя картинную галерею, мальчик приоткрыл дверь в просторный зал, стены которого тоже были мастерски расписаны фресками. Квитка понял, что на стенах изображена целая страна. Рисунки рассказывали о жизни короля и о событиях в королевстве. Словно продолжение чудесной фрески, в центре зала мальчик увидел самого короля… Но то была не фреска, не рисунок, а живая действительность. Король сидел на высоком престоле – добрый и мудрый. Да, он был именно таким – мальчик чувствовал это маленькой наивной душой. Но, растерявшись от увиденного дива и величия, он стоял и неловко хлопал на него глазёнками.
В руке короля поблёскивал сотнями голубых искорок водяной часóв. Вода в нём перетекала сверху вниз, бурлила белыми пузырьками, светилась вокруг колючими лучиками. С плеч короля спадала к подножию престола королевская мантия, расшитая золотыми числами и знаками. На голове король имел корону, которую венчали двенадцать больших диадем.
Король внимательно и искренне разглядывал мальчика, а потом сам нарушил молчаливую тишину:
– Да, я король Времени. Я могу приказать – и время останавливается. Я могу приказать – и время побежит так быстро, что его потом не догнать. Это я открыл тебе ту маленькую пещеру, в которую ты попал и пришёл сюда. В противном случае ты всю свою жизнь искал бы вход в неё, как многие другие люди, сжёг бы все свои мечты, так никогда и не нашёл бы меня…
Мальчик не верил: кто-то великий и добрый говорит с ним приветливо и дружелюбно. Маленькое сердце взволнованно стучало в груди, и мальчик не знал, как при этом себя вести: то ли бежать назад, то ли улыбнуться в ответ? Любопытство юной души зажгло в глазах искорки, и он молвил:
– Так случилось. Я убежал из дома.
Король улыбнулся:
– Ничего ТАК не случается в теле времени. Поступки людей зависят от их характеров. Ты смелый мальчик, но не потому, что убежал, а потому, что захотел что-то изменить в цепях надоевших событий. Тобой руководили отчаяние, обида, презрение родных и друзей. Не каждому в такой ситуации удаётся попасть к королю Времени и в его страну…
– Помогите мне, добрый король, – промолвил мальчик. – Мне кажется, что я вижу то, чего другие не видят, и слышу то, чего другие не слышат… Я просыпаюсь каждое утро и слышу не птичий щебет, а странную музыку, словно каждая птица – то певец и музыкант. Когда я смотрю в окно, то вижу там не просто деревья и цветы, а целые сказочные истории… Но мне никто не верит. А ещё говорят, что я сорняк и говорю слова, которых сам не понимаю.
– Так часто бывает, и не с тобой одним, – ответил король. – Люди странные существа в плане понимания друг друга. В сундуке королевы Судьбы есть семь талантов. Кому-то она даёт все сразу, а кому-то – ни одного. Тебе же повезло больше всех, ты получил то, чего нет у других, вот и не понимают тебя.
Малый, казалось, полностью избавился от испуга и мелкими, но уверенными шагами стал приближаться к королевскому трону.
– Так-так, – молвил король. – Подходи, не бойся. Я намерен подарить тебе волшебный компас. Он всегда будет указывать тебе верную дорогу. Он и твоё сердце – одно целое. Если будешь следовать компасу – дойдёшь до своей мечты, а я думаю, что она у тебя есть!
– Благодарю, Ваше Величество! – обрадовался Квитка. – Теперь у меня всё будет хорошо, и я обрету свою дорогу!
– Это ещё не всё, – сказал король. – Ты попал в мою страну Времени, но выйти так же не сможешь. Когда ты шёл сюда длинным коридором с картинами, ты мог лишь созерцать их. Теперь же картины и реальные люди будут жить вместе, как вечность и мгновение в одном измерении. На твоей дороге всё время будет путаться Ведьма Желаний. В стране Времени это одна из самых могущественных чародеек, она мешает видеть правдивое и наводит разные соблазны. Поэтому возьми с собой в дорогу вот это.
Король подал мальчику небольшую книгу, на плотной обложке которой стоял знак полумесяца, похожий на тиснённую серебром букву «С», а ниже – надпись на неведомом языке, которая понималась без перевода: «твоя судьба в твоих руках».
– Если твоё сердце устанет и компас попадёт в волшебные поля желаний коварной Ведьмы, время станет не важным по содержанию, в книге найдёшь совет, а может, и подсказку – это уже твой талант увидит там то, что скрывается между страницами.
Из часов короля начали выпрыгивать солнечные зайчики. Вмиг их стало так много, что весь зал засиял ярким чистым светом. В свете, как в воде, стали растворяться рисунки на стенах, предметы, королевский престол и сам король. Тихим звоном растворились окна, и в сияющий зал ворвались разноцветные бабочки. Вихрь бабочек закружился вокруг разноцветными пятнышками. Бабочки застывали, словно приклеенные к невидимому стеклу. Из них образовывались причудливые узоры, мозаичные орнаменты, и через несколько минут мальчик один оказался в овальной комнате, которая была волшебно расписана цветной смальтой и янтарём.
Комната имела трое дверей.
Резьба на дверях была настолько искусной, что изображения жили и дышали неуловимым движением вечности. Из одних дверей на мальчика смотрел грозным диким взглядом лев. Лев довольно смеялся, оскаливая опасные зубы, его грива важно колыхалась. Своей лапой лев прижимал к земле блестящий острый меч.
Из вторых дверей на мальчика украдкой поглядывала юная красавица среди цветов. Красавица была в воздушных платьях, на которые искристыми волнистыми потёчками ложились пряди русых волос. Девушка нежно гладила рукой трусливого кролика, который выбирал стебельки травки, постоянно жевал и время от времени вздрагивал, озираясь вокруг.
На третьих дверях летали птицы и звёзды. Из глубины звёздно-птичьего хаоса мальчика пронизывал спокойный взгляд гигантского слона, который перекидывал вокруг себя звёзды, словно жонглёр в цирке. Птицы ему в этом помогали.
И главное, когда мальчик становился лицом к одним дверям, двое других сзади, словно руками, манили и притягивали к себе. В какие двери решиться идти?
На миг страх и тревога снова овладели его маленьким сердцем. Куда же делся добрый и мудрый король, ведь он так и не успел его поблагодарить как следует? Но вдруг мальчик вспомнил о своей мечте и о том, что король Времени выбрал именно его! Надо не разочаровать своего наставника!
«Какие же двери выбрать? – подумал Квитка. – Первые – то, наверное, власть и сила, вторые – любовь и земные радости, а третьи – то и есть выход в ту звёздную страну, где королева-Судьба прячет сундук с семью талантами!»
Тогда он сделал первый шаг и почувствовал, как воздух словно растягивает его со всех сторон. Он знал, что ему надо именно в те двери, но где-то глубоко в душе всё же сомневался. Мальчик взглянул на волшебный компас. Да, он показывал именно это направление, потому что туда его тянуло сердце!
«Надо идти быстрее!» – подумалось ему. «Погоди! Поговори со мной, прекрасный юноша!» – звучало за спиной нежный голос юной красавицы. «Какой же я юноша? – подумал Квитка. – Это всё коварная Ведьма Желаний дразнит моё воображение!» Слова прекрасной девы становились невесомым розовым кружевом, что расходилось по комнате, превращаясь в ароматы лилий и ландышей. На миг голос девушки затихал, и сквозь него прорезалось грозное самоуверенное рычание золотого льва. «Не поддавайся глупым мечтам и слабостям! Величайший клад – это власть!» – словно прочитывалось в тех неприятных звуках.
А малый шёл всё быстрее и быстрее. Он хотел закрыть уши и глаза, чтобы ничто не мешало двигаться, но не мог – в его руках были книга и компас, а глаза так и вбирали в себя невероятную палитру сказочных красок.
И вот он уже почти дошёл до звёздных дверей, хотя идти становилось всё труднее и труднее. В голове кружил бешеный вихрь сомнительных мыслей, детское сердечко трепетало, а ноги подкашивались. И вдруг он почувствовал, что его последний шаг стал чрезвычайно лёгким! Порог дверей весь был усыпан жемчужинами, слегка скользкий и в то же время подвижный, словно живое существо. Квитка крепко прижал к себе подарки короля и… полетел!
И он действительно летел. На крыльях невероятно быстрой птицы. Ощущение лёгкости и удивления, словно падение во сне, перехватывали мальчика. Далеко внизу, на всю ширину горизонта, расстелилась страна Времени. В ней освещались ласковым незримым солнцем золотые пирамиды, хрустальные башни замков и блистали фарфоровым блеском часовые башни. Среди лесной сетки проглядывали медные и железные крыши домов. Через всю страну, имея множество притоков, петляя, как голубая гадюка, текла местами спокойная, а местами бурная река Миг.
Птица, что несла мальчика, повернула серебряную голову, показала свои белые, как у кота, усы и заговорила:
– О, тебя зовут Квиткой, мальчик-сюрприз? Я та птица, что ловит звёзды, которые падают. Или возвращаю их снова на небо, или спускаю их на землю, чтобы не разбились. Несчастная доля у звёзд. Они либо вечно сияют в небе, либо падают в реку, которая их перемалывает в песок памяти – это тогда, когда я прозеваю падение, что со звёздами бывает частенько. Тебе, о Квитка, повезло, потому что я тебя поймал. Так куда тебя доставить: на небо? Или на землю? На звезду ты мало похож… Да и человеком ещё не стал. Чтобы стать человеком, говорят, не один пуд соли надо съесть…
У мальчика защемило в груди от неожиданного понимания. Действительно, кто он есть на самом деле? Странник, который убежал из дома? Мальчик с компасом, что ищет свои таланты? Больно понимать, что он пока на самом деле есть «сорняк»… Стыдясь своего голоса, всё же признался:
– Я хочу стать человеком, я хочу найти свою дорогу. Я хочу встретиться с королевой Судьбы, чтобы обрести свой талант. Я хочу, чтобы моя мечта…
– Охго-го-го, – забурчала птица, – сколько всего «хочу». У нас только Ведьма Желаний столько всего имеет и предлагает… Может, сразу к ней и полетим?
Сердце и компас мальчика мгновенно указали «нет». Не надо искушать королеву Судьбы и встречаться с ведьмами. Если встреча становится неизбежной, то ведьмы, наверное, сами попадаются на глаза.
– Как хочешь, – буркнула птица, – тогда не трать моё время. Может, из-за тебя я уже прозевал пару звёзд, которые бултыхнулись в реку, и теперь уже никто никогда не будет видеть их небесного горения, разве что какой-нибудь коллекционер засыплет звёздный песок в песочные часы и будет крутить их перед людьми, как память о минувшем огне времени.
Птица опустила мальчика на первую попавшуюся цветочную долину: «ищи свою судьбу, Квитка среди цветов!» – и махнула в небо. А вокруг мальчика буйствовала и клокотала разноцветьем долина.
«Что же делать теперь? – загрустил мальчик. – Неужели я буду бесконечно блуждать среди цветов точно, как сорняк? Может, король Времени просто позабавился мною? А, может, его вообще не существует, и всего, что я видел, – тоже?»
Мальчику так захотелось плакать, что он выпустил книгу и компас, закрыл лицо руками и сухо всхлипнул.
Пчелиный пастух
Часть 2
Чистоту детских грёз лелеют нежность и ласковость. И, наверное, об этом знали маленькие волшебные эльфы с прозрачными крыльями, что начали кружить вокруг Квитки, улыбаться, гладить русый чубчик. Один эльф показал ему на книгу рукой, мол, не плачь, там есть то, что ты ищешь!
Мальчик улыбнулся в ответ, поднял из травы книжку и открыл её на первой странице.
«Мудрец, и тот не каждый разумеет,
Что письмена сии донесть хотят,
Лишь сердце, в коем светлая мечта,
Лишь добрые распознают правду очи».
Первые строки на странице словно излучали странное серебряное сияние, а её края обрамляли тонкие лавровые стебли с острыми золотыми листочками. На каждом листочке было что-то написано, но так мелко, что прочитать то было невозможно.
Под стихотворением мальчик увидел причудливый рисунок. На нём человекоподобные фигурки ползали взад-вперёд, как муравьи, – одни сердитые, другие злые и голодные, третьи равнодушные и отчуждённые… «Мир – это большой муравейник, – было написано под картинкой. – И не каждой муравьихе удаётся отрастить крылья и полететь. Если не знаешь, как это сделать – открой книгу наугад. Там и найдёшь ответ».
Мальчик так и сделал. И не успел он снова открыть книгу, как оттуда начали вылетать сотни разноцветных жучков. Они были очень красивы и похожи на все сокровища мира, чаруя блеском и красками своих трескучих крыльев. Жучки кружили, танцевали в воздухе, делали причудливые фигурки, а потом снова рассыпались сказочным хаотичным дождём. Их звонкая суета звучала отовсюду и, казалось, заполняла каждую клетку пространства…
Потом жучки разлетелись, и каждый сел на свой цветок. Мальчик посмотрел вокруг и смутился. А где же ответ? Тогда он снова заглянул в свою книгу. «Цветы – это красота. Красота искусства и таланта. Она беззаботна, легка, совершенна, однако, чтобы достичь её, нужно быть пчёлкой. И не только постоянно трудиться и собирать ценный нектар, но и уметь выбирать добрые и искренние цветы. Иначе собранный мёд будет горьким и ядовитым!»
Тут мальчик заметил, что у него на носу сидит забавный миниатюрный эльф и тоже с интересом читает загадочные строки.
– Каждый цветок в этой долине – живой, – сказал он, затрепетав крыльцами у мальчика перед глазами. – Но вместо лепестков у этих цветов – перья. Этого не видно на первый взгляд. Это волшебные цветы-парашютики, которые могут и цвести, и летать, когда им захочется. Будешь идти – и каждый цветок будет давать тебе по пёрышку. Бери только белые пёрышки, и тогда у тебя самого появятся большие белоснежные крылья, и ты сможешь полететь в свою вожделенную страну Судьбы. Но здесь есть и злые, и коварные цветы. Ты почувствуешь это сам. Если соблазнишься принять от них дар – твои крылья выйдут ненадёжными, и ты упадёшь…
– Благодарю тебя, добрый учитель! – сказал малый и радостно помчался через бесконечную долину…
Долго Квитка ходил и касался прекрасных цветов, пока не почувствовал, что за спиной у него шелестят большие могучие крылья, да и ростом он был уже куда больше, чем себя помнит. Рос, как оказалось, не по дням, а по цветам… «Когда кропотливо перебираешь цветы, обязательно вырастешь на целую голову, да ещё и крылья обретёшь! Теперь я полечу!» – радостно пронеслось в его голове. «Не потеряй компас!» – серебрился в воздухе ласковый голос эльфа. «Благодарю, друзья! Прощайте!» – закричал мальчишка и помахал рукой. Ноги его стремительно оторвались от земли, а могучие крылья понесли в акварельное небо, где ещё издалека виднелся величественный дворец могучей королевы-Судьбы.
Стоило взлететь над землёй, чтобы увидеть дворец королевы, увенчанный бронзовым шпилем, на котором качался на ветру золотой флюгер, а под ним указывала направления, изготовленная из разноцветных топазов, роза ветров. Но если внимательно посмотреть, то за дворцом, в лазури воздуха, можно было увидеть ещё один точнёхонько такой же величественный дворец. Да и вокруг, в туманах горизонта, виднелись ещё с десятка полтора таких же дворцов королевы-Судьбы и с такими же золотыми флюгерами…
Добравшись до ближайшего дворца, мальчик словно пронзил его собой, а крыльями ещё и раздул, превратив в дым, шпиль и флюгер, потому что, наверное, это была мира, сотканная из капелек воды и света…
– Вот так чепуха! – чуть не со слезами вскрикнул Квитка, – это проделки Ведьмы Желаний. Который из этих дворцов настоящий?
И словно голосом небесного облака вокруг послышался весёленький шёпот:
– Х-ха! А ты что хотел? – сразу получить всё, что хочешь? Надо было правильно выбирать двери, юноша…
Эхом среди неба разнеслось «надо… надо… надо…»
Мальчик, теряя силы и крылья, спустился вниз на землю, да уже не на цветочную долину, а прямо на улицу небольшого города с диковинными домиками, что имели разноцветные окна. Домики чем-то напоминали ульи, что пасечник наставил один на другой вокруг центральной площади.
Самыми важными сооружениями в городках страны Времени были часовые башни, а в этом городке таких башен было целых две – малый Бим и большой Бом.
Городок был безлюдным, на улицах и площади – ни одного жителя, только тихое щёлканье часовых механизмов «тик-так».
Парень снова почувствовал одиночество, и где-то глубоко в душе рождалась волна сомнений – а верно ли он выбрал свой путь? Может, ошиблись и компас, и сердце?
Сквозь завесу разочарования и усталости от впечатлений, полученных за такой короткий срок, он увидел на другой стороне площади лавку, что белыми ломаными буквами на вывеске призывала: «Соль, чтобы стать человеком»…
Парень невесело зашагал туда.
Внутри лавки тоже царили размеренный покой и ленивость. Удивляться уже не было сил, после стольких эмоциональных знакомств со страной Времени, но чудеса продолжались.
В лавке торговал красный Рак. И наверное, стал красным он из-за своего свойства стесняться не совсем честной торговли. Рак лениво кинул глаз на посетителя и хрипло гаркнул:
– Чего шатаешься по городу? Именно сейчас в нашем городе тихий час, и большой Бом ещё не бомкал на все уши и стороны…
– Я хотел бы купить… – забормотал юноша. – Эммм… Билет в страну Судьбы.
– Хи-хих! – засмеялся Рак. – Ты что странный или глупый? У нас таких не продают, а тем более у меня в лавке.
– Но ведь на вывеске написано «Соль, чтобы стать человеком…»
– Правильно! – ответил Рак. – У меня много видов соли. И морская, и йодированная… Горькая, кислая, даже сладкая! Тебе какую?
– Наверное, ту, что самая горькая…
– Нет вопросов!
Неуклюжий забавный Рак усердно зашагал к самой дальней полке, протянул клешню и осторожно, чтобы не повредить упаковку, схватил тяжёлую белую пачку.
– Десять (лиров)! – сказал он.
И тут мальчишка вспомнил, что у него за душой нет ни гроша…
– Ой… А чем же я заплачу? У меня нет...
– Ничего, можешь отдать свою книгу или компас, – смачно молвил продавец. – В хозяйстве мне всё пригодится!
– Э нет! Их я тебе не могу отдать…
– Вот чудак! – вёл своё Рак. – В нашем городе тебе точно не пригодятся ни компас, а тем более – книга. У нас не принято читать, разве что растапливать книжками камины! Здесь работают, хитрят, едят, ну и… конечно, спят! Ну ладно, ладно, – сменил тон продавец, заметив на лице парня стойкое несогласие. – Если поможешь мне сегодня с разгрузкой товара, то я дам тебе соль бесплатно.
– Чудесно! – обрадовался парень. – Так и сделаем!
А тем временем в городке продолжался тихий час. Продавец-хитрец задремал за прилавком, время от времени открывая один глаз и рефлекторно двигая левым усом. Парень тоже задремал, сидя на лавке у дверей, крепко обняв свои бесценные вещи… И вдруг сонную тишину нарушил внезапный гомон за окнами. Большой Бом начал изо всех сил бомкать, словно оповещая народ о какой-то опасности. Из его маленьких дверцей, расположенных в верхней части башни – над и под овальными золотыми часами, – начали выскакивать бронзовые худощавые птички с длинными вытянутыми языками. Они создавали такой скрип, словно по городу проезжало одновременно десятки старых возов. Жители повышли из домиков и заметались в разные стороны.
Где-то через минут десять к лавке Рака подъехал воз с новой партией соли. Парень помог ему, забрал свою соль и отправился дальше…
Долго он гулял по тесным улочкам и думал. Но его мысли всё время путались и ссорились между собой. Устав от бесплодных раздумий, он присел на колоду, что служила местному пирожковому ресторану вместо скамьи, и открыл волшебную книгу…
Вмиг ледяным холодом повеяло из её страниц, и парень сразу почувствовал, что на этот раз его испытания будут ещё тяжелее…
Вверху страницы так и было написано: «Чтобы стать Человеком, надо съесть не один пуд соли… Но, чтобы узнать, кто вокруг является Людьми, эту соль придётся употреблять коллективно. Только так можно определить, кто твои друзья и единомышленники, а кто завистники и недруги…»
Тяжело вздохнул Квитка, но собрался с силами, встал и зашагал дальше… к мечте…
Он заходил в каждый домик, мастерскую, магазин или кафе, знакомился и предлагал людям… соль. А также рассказывал о своём детстве, приключениях в стране Времени и неодолимом желании обрести шкатулку с семью талантами. Но, увы, везде он натыкался на непонимание и насмешки… Правда, иногда встречались и такие, что сочувствовали ему и хотели помочь, но, конечно, не знали как…
Однако, за довольно короткое время Квитку знали в городе почти все. О нём начали говорить, сплетничать и даже спорить в трактирах, магазинах и просто на улицах: «ты гляди, Квитка задумал стать Человеком! Лучше уж был бы пчелопасом!»
Он заметил это и снова погрузился в глубокие раздумья. «Я придумал! – пришла к нему молниеносная идея. – Я открою свою мастерскую и буду там рисовать! Не нужно ждать, пока призрачная королева-Судьба вручит мне такой же призрачный подарок, который, возможно, в ту же минуту развеется розовым туманом… Надо самому действовать и учиться! – а вдруг получится!»
Так Квитка и сделал. Сначала он нанялся работать пастухом пчёл. Пчёлы мигрировали по стране Времени с одной поляны цветов на другую, пересекая городок в разные стороны. В городке нужен был координатор таких перелётов – пчелопас. А когда уже собрал немного денег, Квитка нанял небольшую комнату (почти в центре города!) и день за днём, час за часом учился выводить на белом полотне красивые и правильные линии… Сначала это выходило неуклюже, коряво, но парень не падал духом! И очень скоро он поймал себя на том, что действительно имеет немалый дар к рисованию! С каждым последующим штрихом его творения становились всё лучше и совершеннее, и уже совсем скоро его маленькая мастерская была вся заставлена чудесными картинами…
Была у парня одна проблема. Те картины никто не хотел покупать. Более того – даже смотреть на них. Как он только ни приглашал и ни упрашивал прохожих заглянуть к нему в гости – всё напрасно… Он слышал лишь оскорбления и нарекания.
– О! Это тот пчелиный пастух, что предлагает всем соль вместо кофе! – говорили одни.
– Нет, чтобы работать, как все! – возмущались другие.
– И каким ветром его сюда занесло? – говорили третьи.
Лишь редкие прохожие заглядывали в его «галерею», сочувственно кивали головой, хвалили, но говорили, что приобрести хоть что-то им не позволяют средства. Остальные жители таких тоже считали чудаками…
Странная вещь – время в стране Времени. Мы все привыкли мерить время днями и годами – вращением планеты. В стране Времени солнца не было. Свет был, но ничто и никак не вращалось. Лишь большой Бом шумно мерил дни известным лишь ему счётом. А в городке, где стал обитать новоиспечённый маляр, ещё и маленький Бим терпеливо молчал. Говорили, что маленький Бим зазвенит лишь в особых случаях. За всю историю, которую практически никто из местных не помнил, Бим звенел один раз, когда на трон взошёл король Времени.
Так что определить возраст мальчика, или уже теперь юноши, земными мерками было трудно. Возраст здесь определялся, как для всех – (лирами), то есть денежными единицами. Или наоборот, деньги в стране были названы в честь единиц времени. А заработал денег юноша, как кот наплакал. Основной заработок для проживания у него был небольшой – он красил разноцветные окна в городке за мизерную плату, тем самым привлекая или отгоняя пчелиные рои, что сновали через городок, ища цветочные долины – одним словом «пчелиный пастух», хотя уже и не «сорняк-озорник»…
В сравнении с мэром городка, который на бюджетных повинностях имел солидный возраст в (лирах), или с торгашом Раком, который вообще имел статус лирического деда, юноша так и оставался маленьким мальчиком…
Необычным было ещё и то, что, несмотря на работу и затраты на создание своей, никому в городе не нужной галереи картин, юноша, глядя на свои художества, удивлялся тому, что они словно существовали всегда. Его картины, на которых он изобразил все свои волнения увиденного в стране Времени, разместились в комнате и заняли давно заготовленные места вечности…
Но есть на шкале событий отметки, которые сдвигают время, заставляют его волноваться, и образуется новая точка отсчёта, новый толчок к движению на новом уровне, новые направления векторного хода… Наверное, это нечто подобное моменту, когда мальчик решил покинуть дом и побежал в горы искать перемен. На сказочном языке это значит – улыбка королевы-Судьбы.
Всё началось с того, что юноша создал новую картину, а именно портрет короля Времени… Он долго работал над тем портретом, вспоминая в воображении его добрый и в то же время властный взгляд, его благородные жесты, числа и знаки на королевской мантии. Многого по памяти вспомнить не смог, но общий образ короля с водяными часами в руках удался, как сказал случайный прохожий, что ненароком заглянул в галерею, – неплохо…
В городке, с момента, когда проскрежетал и пробомкал побудку большой Бом, поднялся большой бум.
– Он нарисовал нашего короля! – событие шокировало жителей так, словно река Миг потекла в обратном направлении.
Часть жителей обвиняла художника в том, что тот посягнул на святое своей мазнёй, что не его малярского бездарного уровня требуют портреты королей! Другие тайком вознесли пчелиного пастуха в мастера художественного дела, как невероятного таланта, который открывает глаза слепцам, никогда не видевшим королей! Появились и враждебные, и дружеские настроения, а всё это есть предвестниками славы…
Даже мэр городка Длинноухий лично посетил галерею. Почему он был длинноухим, никто не имел представления, потому что у мэра вообще ушей не существовало, у него было два маленьких слуховых отверстия. И избирался он мэром именно за это качество, чтобы всегда пропускать проблемы мимо ушей. Однако имя понаписывал на всех лозунгах: «Я всех вас услышу, потому что я Длинноухий!»
– Слышал… Слышал… – кхекал мэр перед портретом короля, совсем не моргая круглыми, как у сома, глазами. – Талантливо изображаешь историческую особу, нашего Спасителя в водовороте времени! Наверное, и разрешение на изображение коронованных особ есть?
– Есть! – Уверенно заявил юноша. Он показал мэру книгу – дар короля, да ещё и открыл на той странице, где среди музыки цветов и орнаментов узорчато играли слова:
«Творить – позволено каждому даётся,
Коль к творчеству ещё и ум придётся!»
– О! Так ты друг нашего Вседержителя! – не моргнув глазом, торжественно сообщил мэр. – В честь личного портретиста Его Величества, Владыки левого и правого берега Мига, Архиватора всех времён и народов, людей и нелюдей времени, я должен объявить в нашем городке Карнавал Славы! Карнавал состоится через три (лирических) дня в пять (лирических) часов после того, как большой Бом пропоёт гимн королю! Если я о нём не забуду…
После мэра галерею посещали все кому не лень.
– Вот у меня есть четыре (лиры), можно я за эти деньги лишь прикоснусь к вашим самым первым рисункам? Я помню вас, господин художник, ещё когда вы были маленьким мальчиком и, как странный ангел, спустились с неба в наш счастливый город… Это я был в третьем зелёном окне снизу от жёлтого, разве вы меня не помните?
– Мы являемся представителями подпольного всевременного несчастного Ордена «Здесь Когда-то Был Мёд». На своём заседании Несчастных Глав мы избрали вас почётным Брюшком нашего Ордена. Вот вам грамота!
Приходили и за солью: «Вы когда-то питались солью, не осталось ли хоть крупинки для моего бездарного сына, чтобы телепень стал Человеком?»
И из всех прихожан, что переполняли визитами обитель художника, юноше королева-Судьба подарила встречу особую, которую Квитка не мог стереть из памяти через все будущие (лирические) и будничные годы…
В его галерею заглянула девочка с металлическим обручем. Чудесно лёгкая, как степной колокольчик, девочка с весёлыми речными глазами спросила:
– Вы здесь, говорят, маляр? Мой отец просит покрасить этот обруч в фиолетовый цвет…
Квитка залился румянцем. Только-только стал привыкать к славному званию таланта, пересыпанного эпитетами, как какая-то девушка своим простым прошением опустила его на действительно малярский фундамент.
– Для чего красить? – задыхаясь от неведомых чувств, запинаясь в словах, спросил юноша.
– Мой отец, господин Астроном, живёт в лесу за десять (часовых лир) отсюда. Он смотрит на звёзды в телескопы, и ему крайне нужен фиолетовый спектр…
– Ну ладно, – ответил парень. – Я покрашу… – голос его лился застенчиво и тихо, он поймал себя на том, что постоянно хотел опустить глаза и в то же время бесконечно смотреть на девушку. Она была так юна и прекрасна, и так похожа на ту, что он когда-то видел в дверях овальной комнаты королевского дворца! Румянец на нежных щеках разгорелся ещё сильнее, ласковые чарующие глаза так и сыпали сладкими острыми стрелами. «Что со мной?» – подумал мальчик…
Постояв миг (а парню казалось, что это длилось долгие часы), девочка поблагодарила, кокетливо улыбнулась и вспорхнула, как тот мотылёк, на улицу…
А парень сразу взялся красить обруч. Где-то через несколько (лирических) минут работа была завершена. Но всё это никак не выходило из его головы. Парень не мог ни есть, ни спать – всё думал о девушке и о её обруче. Много раз брал его в руки, разглядывал, и всё ждал, что она вернётся за ним. Но…
Ворлик
Часть 3
Девушка больше не появлялась в его городке. Маляра словно подменили. Теперь он ходил печальный и понурый, казалось, никого не видел и не слышал. Изысканные картины больше не вылетали из-под его кисти, как вольные красочные птицы. Старый компас спокойно лежал себе на полке, а книга с серебряной буквой «С» валялась в углу, как нечто ненужное… Забросил парень и заработки, лишь изо дня в день скитался по городу, как привидение. Люди уже было начали сплетничать, не съехал ли с ума их художник.
И вдруг Квитку заставила прийти в себя неожиданная весть.
– Король! – кричали повсюду на улицах. – В город хочет приехать сам король Времени!
«Король… – мысленно повторял парень. – Ой, горе, что же он скажет, как увидит, что я опустил нос. Надо что-то немедленно делать!»
Парень помчался домой. Схватил волшебную книгу, старательно стёр с неё пыль и открыл наугад.
«Лишь то в сердце истинной любовью,
Что радость принесёт – не состраданье,
Для творчества даёт могучие крыла
И мир вокруг делает для сердца милым…»
– Я понял! – сказал вслух Квитка. – Это всё проделки Ведьмы Желаний! Она искушает меня. Но ведь… если девочка действительно существует, – размышлял он дальше, – то почему же не придёт забрать обруч для отца?
Парень тяжело вздохнул, но в то же время словно сбросил с души какой-то груз. Он вдруг посмотрел на мир другими глазами – прежними, рассудительными. Ещё раз тщательно протёр свою книгу, пообещал, что больше никогда не будет хранить её небрежно, а потом принялся готовиться к приезду короля. Приобрёл в мастерской, красиво расставил все картины и решил, что надо всё-таки разыскать ту девочку и пригласить её на встречу с королём…
В тот же (лирический) день он попросил хорошего коня, взял с собой волшебную книжку и поскакал в ближайший лес. Но ехать к нему пришлось ни много ни мало – целых десять (часовых лир)! – так, как и говорила прекрасная незнакомка. Ещё издалека парень увидел сначала тонкую полосу леса, что была словно окутана в странные синевато-зелёные сумерки. Под конец пути его заполонили сомнения – не заблудится ли он так далеко от дома и не заведёт ли его коварная Ведьма желаний туда, откуда вернуться будет невозможно? Снова сердце юноши забилось так сильно, как было ещё в детстве, когда он впервые встретился с королём Времени. Квитка заехал в лес и направился по узкой тропинке, с обеих сторон заросшей кустарником. Огромные старые деревья наклонились, сплетаясь ветвями и закрывая собой дневной свет. Чем дальше ехал юноша, тем сумерки и деревья становились гуще, а вскоре тропинка стала вообще непролазной. Жуткие звуки доносились из дупел, словно то сама ведьма Желаний шептала ему свои соблазны и страхи. И тогда парень заметил, что прямо, метрах в десяти, под совершенно переплетёнными ветвями, стояла маленькая убогая хижина – то ли слепленная из земли, то ли сбитая из толстых ветвей, обросших бурым мхом… Вход в неё был очень похож на ту пещеру, которую он нашёл когда-то в детстве.
– Прекрасная девочка, ты здесь? – закричал Квитка.
И уже через миг из хижины выбежала та самая девочка, но она была уже не такой волшебной и сказочной, а простой и несколько печальной.
– Поклянись, что ты настоящая! Что тебя не выдумала злая Ведьма Желаний!
– Нет-нет! Я – это я… – ответила та, и голос её задрожал, как листочки мокрой берёзы. – Я не приходила к Вам, потому что… – и она на миг замолчала, проглатывая тяжёлый комок слёз. – Потому, что тот обруч нам уже не нужен… Недавно мой отец смотрел на звёздное небо в свой телескоп и, увидев какую-то очень яркую звезду, ослеп… И теперь я его не могу покинуть. Он думал, что сможет посмотреть на неё без фиолетового спектра, но… – и слёзы градом полились из её прекрасных голубых глаз.
– Не плачь, добрая девушка! Скоро в наш город приедет король Времени, и я уверен – он сможет помочь твоему отцу! Он может всё! В этом я уже убедился.
– Но это ещё не всё, – продолжала девушка. – Отец сказал мне, что та яркая звезда – это Вы. Он предвидел её появление по другим небесным светилам. Да и сам слышал говор, что в ближайшем городе появился художник невиданного до сих пор таланта…
– Тогда король Времени точно спасёт его! Это он привёл меня в этот город, он помог мне раскрыть свой талант и поверить в себя! И это он убедил королеву-Судьбу зажечь для меня самую яркую звезду!!!
Бешеное, почти эйфорическое восторг пронзил Квитку с ног до головы. Он открыл свою книжку мудрости, воскликнув:
– Вот, смотри! – А потом стал читать вслух:
«Для тех, кто жил для мечты и цели,
Летал, боролся, падал и вставал,
Кто в суете талант не схоронил,
Зажжёт Судьба лучшее из светил…»
– Это правда! – уже веселее промолвила девочка. – А теперь возвращайтесь домой! А то можете не успеть к приезду короля!
Парень счастливо улыбнулся, и сам не заметил, как его конь резко сорвался с места и уже через несколько секунд вернул его в городок.
«Диво…» – подумал Квитка.
А вокруг стоял праздничный гам. Большой Бом и малый Бим дружно перекликались, словно заливались весёлым беззаботным смехом. На центральной площади города собралось немало народу, а на высоком троне, украшенном драгоценными камнями и золотом, сидел могучий король Времени. Люд приветствовал его и суетился, и в толпе не сразу заметили юношу, который только что вернулся из путешествия. А Квитка сидел верхом на красивом вороном коне, смотрел на величественного и мудрого короля, и терпко-сладкие, по-детски наивные слёзы счастья так и хотели хлынуть из его глаз. Но он знал, что плакать негоже. Он уже не маленький беззащитный мальчик. Теперь он взрослый юноша, и его заветная мечта сбылась… Наверное…
Король Времени не обращал на юношу почти никакого внимания. Король всецело дарил внимание своим подданным, которые многоголосой волной пытались привлечь к себе королевский взгляд, ведь большинство видели короля впервые. Не часто происходят такие встречи в стране Времени. Об этом свидетельствовал звон маленького Бима. Кое-кто из умников усматривал в таком эпохальном событии знаки того, что случилось что-то исторически глобальное.
Чтобы пробраться ближе к королевскому трону сквозь плотно забитую толпой площадь, юноше пришлось слезть с коня. Но только он коснулся земли ногами, с нескольких сторон к коню подступили одетые в кожаные плащи служители. Они накинули на коня металлическую сетку, спутали цепями ноги, голову коня покрыли железным шлемом.
– Что это вы затеяли? – возмутился было юноша, но один из служителей зашептал ему на ухо:
– Это приказ короля Времени.
Юноша перевёл свой взгляд на королевский трон, чтобы убедиться, верно ли это, и успел заметить, как король лёгким движением руки запустил свои водяные часы.
Со всех сторон площади на гостей и жителей городка потекла краска. Сначала дома превратились в ваксы разноцветной краски, потом сами люди расплывались пятнами, перетекая из одного цвета в другой. Создалась такая себе живая палитра и мазня невероятных цветов. Каждый цвет палитры раздувался в мячик, надувался, как воздушный шар, и поднимался в небо. Всё это действо обрело такую скорость, как кипящая вода, где вместо пузырьков служили разноцветные шарики, заполонив вокруг весь видимый мир. С бешеным треском шарики начали лопаться, и через мгновение Квитка уже стоял в хрустальном зале перед хрустальным престолом, возле которого дружелюбно улыбался король Времени.
– Вот мы снова встретились, юноша, – без тени величия заговорил король. – Приятно видеть тебя возмужавшим юношей. Хотя я не думал, что ты станешь художником. Выбрав дверь со львом, ты мог бы стать рыцарем, но это всё проделки моей королевы-Судьбы.
Король сам себе улыбнулся. А юноша сжал в немом удивлении губы.
– Кстати, пора бы вам уже познакомиться. Мы сейчас как раз гости в её дворце, который ты когда-то пронзил крыльями из цветочных перьев…
Тихими колокольчиками запел хрусталь. Искорками снежинок разлился свет из-за серебряно-цветистых гардин, и в зал вошла королева – женщина невиданной в живом и неживом мире красоты – как символ недосягаемости мечты. Её лёгкая походка тревожила белоснежное платье, отчего клубились вокруг полупрозрачные воздушные туманы. Королева-Судьба подала руку королю и, улыбнувшись Квитке, предложила:
– Ваше Величество, мальчик обеспокоен стремительными перепадами времени. Может, сначала посетим трапезную залу. Я приготовила вкусные варенички с птичьей сметанкой…
– Нет-нет, я не голоден, – начал складывать немоту в предложения Квитка, – я удивляюсь, как же город остался без короля, люди и такое всякое…
– Об этом не беспокойся, – успокаивала главная леди страны, – Его Величество, как всегда, остановил время. Взгляни под ноги.
Юноша наклонил голову и увидел, что стоит на прозрачном хрустальном полу, за которым внизу замерла картина встречи короля в городке разноцветных ульев… Он даже узнал себя возле вороного коня…
– Так что время на нашей стороне, будем есть варенички? – кокетливо пела леди.
Король игриво подмигнул и, улыбаясь, пошутил:
– Наш мальчик предпочитает соль… Моя королева, встречайте нас в трапезной зале, а мы с юношей поговорим о серьёзных вещах. Самое время говорить о них, пока время стоит.
Королева вышла, а король превратился в холодного, величественного владыку.
– Расскажи мне, откуда ты взял коня? Припоминай всё детально.
– Попросил… Дали…
И странно. Художник Квитка, который в своих картинах мог вспомнить мельчайшие детали увиденного, так просто не мог вспомнить, кто дал и как дал ему коня…
– Не помню. Надо было добраться, – юноша покраснел, – по одному делу… Я подумал, надо быстро добраться… Надо коня. Не помню, как и у кого выпросил… Я помню, что уже на коне ехал…
– Так. – согласно слушал король. – Всё так.
– А что это очень важно? – взволнованно спросил Квитка. Король Времени потёр пальцем бровь и чётко складывал объяснение:
– Это конь Ворлик. Чтобы понять, что это за конь, сначала надо понять, что такое страна Времени. Наша страна существует в бассейне реки Миг. У нас нет моря или океана, куда должна впадать эта река. Она впадает сама в себя. Есть такое временно-пространственное искривление, как бесконечная перекрученная лента, на этом фундаменте существует страна Времени. Так что границы страны отмечаются родничками, что наполняют притоки Мига. И понятно, что все они берут начало в горах. Вокруг нас горы! Поэтому мы видим лишь свет, а не видим светила. Но эти детали может объяснить господин Астроном…
Юноша аж вздрогнул, вспомнив свою первоочередную миссию. Король заметил и успокоил:
– Знаю, случилось несчастье – господин Астроном ослеп. И виной, как очень уверена его волшебная дочка, считает звезду – тебя, юноша. Верно ошибается…
Квитка снова вспыхнул лицом, на что король, понятно, не обращал внимания.
– Так вот, ближайшее море Молчания, которое мы знаем в нашей стране Времени, лежит под землёй. И там я не имею королевской власти. Там властвуют Жадность и Страсть – близнецы, что с рождения срослись спинами. Как они попали в море Молчания – это целая легенда, которую долго рассказывать. Главное, что море Молчания совсем не совсем безопасно для нашей страны. Иногда из пограничных источников в нашу страну пробираются неприятности – так назову я всё непредсказуемое нарушение временного пространства нашей страны. Так вот, Ворлик – конь оттуда! Если мы знаем крылатого Пегаса, что рвётся в небо, то Ворлик – это конь-противоположность. В первую очередь Ворлик нарушает память, а память есть основа любого исторического времени… А значит, он несёт большую опасность нашей стране.
Король печально замолк. А потом, пронизывая юношу взглядом, продолжил:
– Я чувствовал, что именно ты нам нужен. Никто из жителей страны Времени, да и из многих земных людей, не может распознать такого коня. Для них он обычный конь и обыкновенно себя ведёт. Чтобы определить свойства этого коня, нужны необычные человеческие способности, которые заметить среди людей тоже очень трудно. Ты теперь понимаешь, какая дорога тебе определена, юноша?
– Не совсем… – неловко проговорил Квитка. – Вы желаете, чтобы я служил Вам, Ваше Величество?
– Я больше всего хотел бы видеть тебя рыцарем Времени, но на самом деле твои возможности значительно шире. Помнишь, я говорил, что тебе больше всех повезло с талантами?
– Да, мой король. И я бы в первую очередь хотел рисовать, – с сожалением в голосе сказал парень.
– Ну, такая возможность тебе выпадет ещё не раз! – снисходительно молвил король, но уже немного громче и торжественнее. – А сейчас послушай меня внимательно. Пока мы перемещались в пространстве к этому дворцу, «твой» конь убежал. Он имеет способность растворять свою материальную плоть и делаться невидимым. Я полагаю, найти его сможешь только ты. Ведь он ничем не отличается от простых коней. Одно мне известно точно, как королю Времени – Ворлик сейчас находится в конюшне одного очень дерзкого мэра. Тебе нужно пробраться туда и узнать коня. Я думаю, для тебя это будет не трудно. Но потом… – король задумчиво перевёл дыхание и устремил взгляд на роскошную фреску над самыми дверями тронного зала, – Но потом тебе придётся заставить его отвезти тебя в море Молчания и всыпать туда вот это! – король снял с левой руки один из своих роскошных перстней и протянул парню. – Возьми этот перстень. В нём золотой песок. Если высыпать его в бурное море Молчания – время для него навсегда остановится, чудовища-близнецы окаменеют, и таким образом в нашей стране станет меньше неприятностей и зла. Но проникнуть туда можно лишь с помощью Ворлика. Я уже уверился, что приручить Пегаса у тебя вышло бы без проблем, так же, как и заиграть на (лире), как Аполлон, или взять в жёны саму музу Терпсихору. А вот если бы ты приручил Ворлика…
Король заметил на лице Квитки тень разочарования и скуки, которые он всё же старался скрыть.
– Понимаю. Тебе трудно привыкнуть к новой роли. Когда-то ты был маленьким затравленным мальчиком, а теперь служишь королю.
– Я буду служить Вам верно, – сказал юноша. – Потому что во всём мире верю лишь Вам.
– Это правильно… – важно протянул король. – Но больше всего надо верить своему сердцу… сердцу… сердцу… – поплыло в пространстве монотонное звучание последнего слова короля. Лёгким движением указательного пальца он снова коснулся своих часов. Хрустальные плиты начали растекаться, как талая вода весной, стены дворца превращались в размытые мокрые полотна, а потом закрутили парня в красочном вихре, и уже через несколько секунд перенесли его в другое измерение. Не успел юноша опомниться, как всё то исчезло, и вместо этого он увидел, что стоит в центре прекрасного города.
Ведьма Желаний
Часть 4
В стране Времени было много причудливых городов и городков – богаче и беднее, населённые людьми и нелюдями… Однако такой красоты и роскоши не было ни в одном другом городе.
Квитку со всех сторон окружал огромный, мастерски спланированный сад. В центре сада стоял чудесный фонтан в виде лилии. Внутри из цветка «вырастали» три нежные нимфы, которые держали в обеих руках по небольшой амфоре. Таким образом вода вытекала на все стороны через шесть отверстий. Всё это было изготовлено из чистого золота. От фонтана лучеобразно расходились вымощенные гладкими камнями дорожки. Мраморные статуи колонной красовались вдоль каждой из них. На узеньких и компактных клумбах цвели изысканнейшие розы. Юноша стоял и не мог налюбоваться.
И тут он услышал, как его окликает какой-то престарелый садовник.
– Эй! Ты здесь откуда взялся, бродяга?
– Я хочу встретиться с вашим… с самым главным в вашем городе.
– Ага! С царём! Ты уверен?!
– Да! У меня очень важное дело! Проведите меня к нему, если ваша милость.
Старик сначала заупрямился, а потом согласился.
Тамошний мэр был очень дерзким и самовлюблённым человеком. Он начинал как обычный торговец тканями. Но очень скоро разбогател, дорвался до власти, а в последнее время начал величать себя царём «независимого города-государства в стране Времени». И действительно, его город был самым большим в стране по территории и количеству жителей. В последнее время здесь наблюдалось стремительное развитие ремёсел и искусства. Город активно торговал с другими городами. Но хитрый и жадный мэр всё сгребал в свою личную казну. Сам решал, что, куда и сколько выделять.
Его «царский» дворец уступал в роскоши разве что дворцу короля Времени. Мэр приказал отлить из чистого золота двух львов, чтобы поставить у входа. А пока там стояли мраморные статуи, расписанные серебром и редкими изумрудами…
В дверях юношу встретили двое стражников. Как же долго пришлось уговаривать их впустить к хозяину! Наконец парень вошёл и сразу же оказался в просторном зале, где и сидел мэр на высоком стуле шикарной столярной работы.
– Ты кто такой? – гаркнул полулысый господин в длинной бархатной «мантии».
– Я… Квитка… – А Вы кто?
– Ну и нахал! – возмутился царёк, аж покраснел, а стул под ним закачался. – Разве непонятно? Я – царь могущественнейшего, богатейшего независимого города-государства! Я здесь и царь, и король!
– В стране времени лишь один владыка – король Времени, – спокойно сказал юноша.
– Что? Я прикажу казнить тебя! Ты сомневаешься в моей власти?
– Я просто хочу Вам добра. Поэтому и предостерегаю.
– От чего? Ха-ха! – захохотал дерзкий мэр так, что хрустальные канделябры в зале задрожали. – Скоро у меня будет регулярная армия, и тогда даже король Времени не будет мне страшен.
– Короля Времени невозможно одолеть обычной армией. В его распоряжении есть более весомые силы.
– А что, ты часом не знаком с ним? – забыв о своём возмущении, оживлённо спросил хозяин.
– О да! Очень хорошо!
– Хе-хе! Тогда кто же ты такой? – ещё веселее спросил «царёк» (несмотря на практичность и самолюбие, он был довольно весёлым в поведении).
– Да я художник…
– О-оо! Кстати, до меня дошли слухи об одном талантливом маляре и пчелином пастухе, что изображает самих королей.
– Это и есть я, – скромно молвил Квитка.
– А не мог бы ты нарисовать меня? Тогда я, возможно, тебя не казню…
– Мог бы! – воскликнул мальчишка.
Служители быстро принесли полотно и краски. Мэр принял важную позу на своём «троне». Искусными, почти фантастическими движениями Квитка взялся творить, и уже через каких-то минут десять портрет был готов.
– Вот это даёт! – воскликнул мэр. – Ты мне нравишься! Слушай! Я хочу, чтобы ты служил у меня! И не просто служил, а помог мне победить короля Времени!
Квитка смотрел на мэра, однако на его лице не дрогнул бы ни один мускул.
– Понимаешь, король Времени никогда не наградит тебя как следует. Его дары – это всякие магические безделушки, пустые обещания и идеалы… Я же владею невиданным богатством – реальным богатством. У тебя будет всё, что пожелаешь!
– Ладно! – воскликнул парень, только лишь мэр закрыл на миг рот. – Я согласен, вот только… – и он остановился, словно сомневаясь в сказанном. – Я сначала хотел бы хорошего коня… А то у меня ничего нет… А я так люблю лошадей!
– Хе-хе! Пчелиному пастуху нужен конь! Его тебе дадут прямо сейчас! – простодушно закряхтел мэр. – Эй, проводите художника на конюшню! Выберешь, какого захочешь – у меня такого добра навалом. Хе-хе!
Квитка откланялся и в сопровождении слуг отправился на конюшню. Он слегка улыбнулся про себя, опустив голову. Неужели ему правда так легко удалось обмануть зазнайку «царя»?
Конюшня представляла собой длинную комнату, по обе стороны которой под стенами стояли высокие стойла. Половина из них были пустыми, поскольку коней в это время выгуливали на дворе. Парень внимательно разглядывал всех животных. Большинство из них были тёмно-шоколадного или жгуче-вороного окраса. И вдруг Квитка углядел, что глаза одного коня блеснули красным огнём. «Это он! Ворлик!» – словно само сердце выкрикнуло в юноше.
– Хочу этого коня! – заявил он. Слуга покорно кивнул головой, открыл стойло, и Ворлик сам охотно зашагал к своему новому хозяину. Квитка мигом взобрался на него, и… конь бешеным рывком выскочил из конюшни, оставив позади себя куряву из соломы и пыли… Удивлённые слуги бросились догонять его, но тщетно – Ворлика уже и след простыл.
Квитка не знал, сколько времени они мчались подальше от того города – время в стране Времени очень непонятная вещь… Остановился Ворлик в какой-то долине под огромным тысячелетним деревом. Ветви его были настолько густыми, что на метров десять от ствола падала тень, создавая почти ночную темноту. Устав от езды, Ворлик прищурился и вздремнул. «Неизвестно, что у него в голове… И куда он меня завёз…» – подумал юноша.
Всё время, с того дня, когда Квитка поселился в своём первом городке, он носил в рубашке, зашитой у сердца, комочек горькой соли, чтобы никогда не забывать, с чего всё начиналось. Теперь он вытащил его, промолвив своему коню:
– Вот, друг, откушай моей соли. Я знаю, что на самом деле ты добрый, просто что-то сильнее тебя заставляет тебя нести в мир неприятности.
Ворлик открыл глаза, проглотил комок и заговорил человеческим голосом.
– Когда-то я был человеком. Но лукавая Ведьма Желаний заманила меня в подземелье, где плещется море Молчания. Там чудовища Жадность и Страсть превратили меня в коня и заставили молча служить им. Человеком я, наверное, уже не стану, но я не хочу причинять зло другим…
– Тогда помоги мне! – сказал мальчик. – Отвези меня туда, откуда ты вышел.
– Ладно! Я исполню твоё желание, потому что знаю дорогу. Но за последствия не ручаюсь…
Не успел Квитка что-то сказать в ответ, как Ворлик ударил могучим копытом о землю. Вмиг под деревом стало ещё темнее, сорвался бешеный ветер, неизвестно откуда налетели грозовые тучи, гаркнули чёрной блестящей пастью, и сотни молний разлетелись к земле, как искры праздничного фейерверка. Тысячелетнее дерево закачалось, как гигантская ветряная мельница. Парень вскочил на коня, и тот стремительно взлетел в пропасть бесконечного тёмного пространства. Парню казалось, что они летят вверх, но на самом деле Ворлик мчался вниз. По земным меркам ехать к морю Молчания надо было несколько часов, но в королевстве Времени всё было по-иному…
Падение утомляло. Когда-то Квитка падал во сне, ему довелось падать на крыльях птицы, что ловит звёзды, но падение на Ворлике было нестерпимым, словно каждую минуту он продирался сквозь колючки тёрна, которые пробуждали жгучие сомнения, раздражали видения увиденного, душа желала разорваться, как мыльный пузырь, на миллиарды частиц воспоминаний. Время растягивалось, как резиновая смола, отстукивая в голове хлёсткий шум кровяного пульса. И где-то нежностью и бешеной жалостью наполняли глаза беззаботный вид девочки с металлическим обручем…
Милое и любимое лицо девочки, что поселилось в мыслях и мечтах юноши, целительным родничком снимало усталость, унимало нестерпимую боль надеждой и верой в любовь. Но ведь вернуться к ней, в её романтичную хижину среди леса, возможно было только тогда, когда он сдержит обещание – вернёт зрение её отцу, а это станет возможным, когда выполнит задание короля Времени и заслужит такую возможность.
Неожиданно падение завершилось, и Ворлик зацокал по металлической плоскости блестящего стального холма. Появился тусклый свет, что снопами пробивался снизу вверх и терялся в бесконечной темноте. Но на пологой вершине стального холма словно из лучей северного сияния вырастала оазис обычного солнечного леса, возле которого махала руками к юноше его мечта, его девочка.
Соскочив с коня, юноша помчался навстречу девочке, но образ её перетёк в другую прекрасную особу – Королеву-Судьбы… Через миг снова появилось другое лицо – словно нарисованное на дверях, которые в своё время призывали мальчика к себе…
– Что это? – развёл руками и остановился юноша.
– Это я, Ведьма Желаний, – приятно зашептал голос отовсюду, – Я встречаю тебя здесь. Сегодня я на твоей стороне и решила лично познакомиться с тобой перед тем, как ты превратишься в чудовище…
Квитку подхватили за руки четыре весёлые нимфы и подвели к столу, заставленному невероятным количеством разных блюд, от которых шёл пьянящий разноароматный запах, побуждая выделение слюны у удивлённого парня. За столом, на трухлявом коряге, сидела носатая и горбатая, как сама старость, женщина.
– Не удивляйся, – заговорила она, – это мой подлинный вид. В этом месте мне нечего скрывать… Теперь ты можешь понять, почему за каждое желание, которое у меня заказывают, я получаю молодость и красоту. В мире людей красоту и молодость многие не ценят… Люди считают, что они достаточно красивы и молоды, и что такое богатство у них надолго! Они не уважают, не любят старость, боятся старости. Но я делаю свою работу. Вот так! Хочешь съесть персик? Отдай мне свой носик!
Ведьма захохотала.
– Да сейчас речь не обо мне, а как раз о тебе – звезда, что сжигает глаза… Король Времени многого не знает о мире, куда тебя послал. В этом мире он не владыка… Здесь властвует море Молчания, а кто много болтает, тот попадает в плен Жадности и Страсти.
Ведьма снова захохотала.
– Да речь снова не о них, а о тебе, любитель прекрасного – портретист королевских дворцов… Ты пришёл сюда, чтобы остановить бурное море Молчания. Я только за! Это море причиняет и мне один лишь вред. Видишь, оно забирает у меня всю молодость, которую я выторговываю у людей! Забирает даром! Так что я на твоей стороне, юноша! Надо это море остановить как можно быстрее, и тогда я стану молодой и красивой и больше не буду своей старостью губить людские судьбы…
Квитка понемногу привыкал к виду ведьмы и приходил в себя.
– Да дело в том, – говорила ведьма, – что Жадность и Страсть поставили границы на этом море. И кто только увидит море глазами, тот превращается в чудовище. Какое это будет чудовище, знают лишь Жадность и Страсть, может, ещё один Ворлик выйдет… А может, ещё одна я…
Ведьма завелась хохотом, но сквозь этот ехидный смех словно проступали нотки одинокой грусти…
– Я советую тебе ни в коем случае не смотреть на море! Вслушивайся в него, чувствуй сердцем, но никогда не смотри в его глубину. Если взглянешь, даже случайно, то никогда уже не будешь таким, каким ты привык себя видеть…
Ведьма лукаво прищурила глаза…
– А может, ты только за этим и пришёл? Ты знаешь, почему ослеп господин Астроном? Он увидел тебя как ослепительную звезду… Господин Астроном очень-очень пожелал счастья своей дочери, и я за это желание взяла у него зрение, зрение, которое заглядывало аж за звёзды… У тебя тоже есть желание, и есть его цена. Если ты станешь чудовищем, ты перестанешь быть ослепительной звездой, господин Астроном снова станет смотреть на звёзды. Интересный у тебя выбор, правда?
Блеснул свет, словно фотоспышка. Исчезла ведьма, стол, лес, и юноша остался на холме один. Недалеко, у подножия холма, цокал по стальной земле конь Ворлик.
«О Боже мой… – подумал юноша. – Когда же это всё закончится? Как я могу верить этой хитрой колдунье? Я верю лишь собственному сердцу, но и туда она иногда проникает…»
Море Молчания
Часть 5
Квитка тяжело вздохнул. На западном склоне горы были кое-как вымощены мелкие ступеньки, они соединяли гору с меньшим, но таким же стальным холмом, а дальше – с ещё меньшим и ещё меньшим. Горная полоса напоминала волну, что замедлялась, стекая вниз. Дальше за холмами виднелась каменистая дорога, над которой нависали скалы, местами очень низко. Мрачный пейзаж гигантской пещеры подсвечивали хаотичные вспышки холодного света. Издалека доносились непонятные жуткие звуки. Парень осторожно ступал по скользким металлическим ступенькам и время от времени оглядывался, не убежал ли его конь. Юноше было очень одиноко…
Совсем скоро чёрный, как смола, силуэт коня слился с тёмной картиной холмов. Её краски словно попали под чёрный дождь и смешались в один печальный и грязный цвет… парень оглянулся ещё раз – теперь у него за спиной была сплошная пустота и темнота. А впереди то шире, то уже полосой вилась крутая тропинка к Морю Молчания. На металлическо-каменных стенах по обе стороны дороги были вырезаны причудливые рисунки, что привлекали к себе внимание и отвлекали. В норах и трещинах стен прятались летучие мыши, летучие жабы и другие чудовища. Время от времени они перелетали юноше дорогу, но он шёл, ни на миг не останавливаясь. Теперь его, как никогда, радовало убеждение, что все страхи – это не более чем соблазны и лживые проделки Ведьмы Желаний. «Не надо ничего бояться, – мысленно заверял себя он. – Если мне суждено стать рыцарем Времени и доказать свою достойность – я это сделаю. Если же я окажусь слишком слабым и недостойным – я приму свою горькую долю. И в конце концов, если всё это лишь сон, то я наконец проснусь…»
Пройдя длинный жуткий коридор, Квитка оказался на скалистом обрыве. По обе стороны его поднимались из земли и упирались кронами в каменный потолок сотни чёрных деревьев. Их блестящая кора напоминала уголь, а ветви были искривлёнными, со страшными наростами в виде змей и звериных пастей. Далеко внизу шумело Море Молчания. Юноша ещё не мог видеть его оттуда, но не только слышал, но и чувствовал всеми своими чувствами его холодную и злую стихию. Таинственный и в то же время жуткий шёпот Моря щекотал уставшую и измученную душу парня, запутывал его мысли и желания. Он пробирался сквозь острые, а местами скользкие скалы, и всё больше прочувствовал в тех звуках голоса и стоны людей. Каждый голос словно плакал, жаловался, проклинал, взывал о помощи… В воображении парня вырисовывались картины сотен человеческих судеб, и все они были несчастливы по-своему, растоптанные, обречённые. Из этой полифонии боли и отчаяния не смела вырваться хотя бы одна мажорная нотка надежды. Везде царила безграничная трагедия и отчаяние. Но самым досадным было то, что вся эта боль словно душилась там, в жестоких ледяных волнах, она была скована вечным молчанием и не могла вырваться в реальное пространство! Этот груз человеческих несчастий и пороков ложился на доброе и бескорыстное сердце юноши и лишал последних сил. Как никогда раньше, его теперь заполонили сочувствие и жалость, но тугая петля безысходности и абсурдности человеческого существования коварно затянулась на его шее…
Как хотелось сейчас юноше, чтобы рядом с ним был кто-то близкий или знакомый, хотя бы Ворлик, хотя бы маленький наивный эльф или смешной лгун Рак из солёной лавки… Губительная пустота давила на него со всех сторон. «Если я провалю свою миссию, я навеки опозорюсь в его глазах, и стыда этого мне не смыть…» – вспомнил парень о своём добром и мудром короле, который уже успел ему заменить отца…
А тем временем ноги сами несли его всё ниже и ниже по широкому, но стремительному спуску. Теперь шум Моря стал громче, а стволы угольных деревьев начали то засвечиваться, то заснуть. Квитка вытащил из кармана шёлковый платок и уже было хотел завязать им глаза, чтобы не смотреть вниз, как вдруг у него перед глазами замелькала розово-золотистая тень. Через миг он узнал свою знакомую красавицу-девочку. Её тонкий полупрозрачный силуэт медленно сплывал по скалам и манил за собой.
– Спаси моего отца! – звучал ласковый голос. – Дай руку! Я помогу тебе спуститься!
«Это снова Ведьма дразнит меня!» – разозлился юноша; его сердце смягчалось от милого образа, но голос сплёл грубое кружево:
– Иди отсюда! Не искушай!
Вмиг губы девочки болезненно скривились, из голубых глаз ручьями потекли слёзы, а рука стала ещё сильнее сокращаться в умоляющем жесте. И вдруг она стремительно приблизилась к парню и с отчаянной силой схватила его руку. Он уже думал, что полетит вниз, но другой рукой успел зацепиться за скалу. И тогда девушка не удержалась и отпустила его, но перстень, подаренный королём, слетел с пальца и звонко покатился в бездну морской стихии…
Вмиг полуживого призрака не стало, пространство подземелья заполонила сплошная темнота, а звуки моря в ушах парня намертво затихли…
Сначала была тишина. Такой плотной тишины Квитка никогда не чувствовал. Когда он карабкался на безопасный краешек скалы, то шуршание одежды и дыхание его лёгких были сродни грому. Постепенно тишина стала утихать, парень поднялся на высокий берег и оттуда видел, как загорелась синей нитью тоненькая линия горизонта, разделив темноту на две половины. Линия ежеминутно ширилась, и к мёртвому морю Молчания подходил тёплый свет белого дня.
Перед Квиткой, сколько мог видеть его взгляд в ярком свете дня, простиралось окаменевшее море – поле, на котором в хаотичном порядке выделялись окаменевшие фигуры разных людей и чудовищ, разных животных и растений, словно памятники, вырезанные из разноцветного гранита.
Такое любопытство захватило юношу, что он ловко спустился вниз, туда, где недавно в темноте плескались о скалы волны моря. Теперь же равнинная каменная лава моря замерла вечностью, заковав в себя отдельные валуны, и в нескольких метрах от берега из лавы вырастала фигура сидящего на каменном табурете одноглазого моряка, который вечно раскладывал на каменной бочке каменные листочки игральных карт.
Дальше стояла каменная фигура девушки, которая предлагала своё тело, вечно обнажив рукой грудь. Дальше и дальше тянулись множество других каменных фигур в разных позах, с разными лицами, в одежде и без неё, застывших в каменном молчании гранита.
Юноша шёл между фигурами, как в музее, удивлялся разнообразным страстным привычкам, ставшим наглядными пособиями в виде гранитных памятников. К ним не хватало только металлических табличек с названиями той или иной композиции…
А вот он увидел и знакомое лицо… На каком-то забавном каменном троне, похожем на двух львов, соединённых хвостами, сидел мэр самого большого в стране Времени города. У мэра удивлённо закаменели глаза, он смотрел ими в вечность, а точнее, на ещё один каменный памятник – вора, что хитро крал часы у доверчивых граждан… А дальше – на подхалима из красного мрамора, что перегнулся в богохульном поклоне…
– Вот это и есть твоя армия, – вырвалось из уст Квитки, – которой ты хотел победить короля Времени… И, наверное, ты его таки победил – сам стал каменной вечностью…
Глядя в каменные глаза «царя», юноша понял, что все, кто хоть каким-то образом связывался с владыками моря Молчания – Жадностью и Страстью, и занимался недобрыми делами, теперь нашли свой постоянный приют в музее гранитных фигур. Где-то среди этих фигур, наверное, окаменели и владыки моря… Но стоит ли их искать и тратить на это время? Смелым порывом души Квитка вытащил подаренную ему книгу и во весь голос, на весь каменный музей прочитал:
«Кто совестью своею торговал,
Кто со страстью о встрече договаривался,
Кто брал чужое и время своё терял –
Тот с камнем на камне остался».
Пройдя по Мёртвому морю Молчания, юноша насмотрелся столько всего окаменевшего, что откровенно смотреть на всё это стало противно. Он залез на какого-то гранитного старика с каменной трубкой во рту и определил направление к берегу, потому что заблудиться среди скопища людских пороков, которые гранитно устилали пространство, было очень легко.
Устало пробравшись сквозь гранитные экспонаты, у самого берега юноша снова встретился с знакомой особой. На своём коряге в кругу четырёх застывших нимф сидела с открытым каменным ртом Ведьма Желаний… Что странно, она держала в руках медную табличку, на которой словно кислотой было выжжено вопрос:
«Как ты теперь без меня отсюда выберешься?»
«Точнее, как я выберусь без Ворлика? – подумал Квитка. – А и правда, как?»
– Ворлик! Ворлик! – принялся было кричать парень, но всё тщетно. – Ворлик, ты где?! – но Ворлик не отзывался…
И тут среди гнетущей тишины ему послышались какие-то мелкие шаги. Квитка оглянулся вокруг, но сразу ничего не увидел. Потом звуки усилились. Они доносились из низкого грота, вход в который вёл ещё ниже под землю. Тогда парень понял, в чём дело – по металлической тропинке топала целая ватага маленьких смешных человечков. То были Гномы.
Человечки дошагали до трона Ведьмы и остановились, удивлённо разинув рты на окаменелость великой чародейки. Через минуту из грота высыпала ещё одна партия. Гномы были настолько забавными, что парень невольно улыбнулся.
– Ты кто? – спросил его самый главный из Гномов.
– Я – Квитка, я Человек! – гордо ответил юноша.
– А мы гномы, – сказал человечек, поглядывая одним глазом то на окаменевшую Ведьму, то на море. – Мы живём далековато отсюда, в Городе Проволочных Чертополохов, но как раз пололи их в поле и услышали страшный гам! Поэтому и побежали посмотреть, что случилось. А потом услышали, как ты кричал. Ты потерял кого-то?
– Да, потерял друга… Да, наверное, навсегда, – печально признался юноша, обведя взглядом каменный музей. – А разве вы не боитесь Моря Молчания?
– Хех! На нас его чары не действуют! Мы же не обычные и не люди! – похвастался забавный вожак. – И против чар Молчания у нас есть вот такие проволочные колокольчики.
Гномы затрясли ручонками, и всё пространство вокруг залилось серебряным камертоном звука, даже у гранитной ведьмы из глаз брызнула слезинка.
– Так, может, вы ещё знаете, как выбраться отсюда? Я был бы вам очень благодарен…
– Знаем! – уверенно ответил Гном. – Вижу, хороший ты парень. Если бы ещё ты рассказал нам, что здесь случилось? А то мы не уйдём отсюда, пока не узнаем! – Гном обернулся к своим товарищам и подмигнул им, а те в свою очередь одобрительно закивали головами.
– Весь этот шум – из-за меня, – стал рассказывать парень. – Король Времени прислал меня сюда, чтобы высыпать в Море волшебный песок и навсегда успокоить его…
– Ого! Так ты герой! Настоящий рыцарь времени! – радостно залепетали Гномы. – Идём с нами! Покажем тебе дорогу в мир горний.
Вожак Гномов усердно свистнул, и его товарищи, словно гуси, засеменили назад в грот. За ними, осторожно оглядываясь, ступал Квитка.
– А почему вы живёте в этом мрачном подземелье? – спросил он по дороге.
– Потому что от слишком яркого света у нас болят глаза и нам трудно дышать. Пусть эльфы порхают над цветами, а нам по душе сумерки.
– Может, вы романтики? – засмеялся парень.
– О, ещё какие! – бодрился главный Гном. – Не бойся, мы не злые и доведём тебя туда, куда тебе надо.
Итак, провели весёлые Гномы героя Квитку через огромный луг проволочных чертополохов, что тонкой полосой тянулся параллельно берегу; потом они долгонько брели полем, где труженики-Гномы выращивали синеватые и фиолетовые ягоды в полумраке подземного пространства, потом шли через небольшой городок с маленькими, почти игрушечными каменными домиками. За городком простирался такой же чертополоховый лужок, а по нему – стальная дорога, заросшая с обеих сторон проволочными кустарниками.
Однако сколько бы ни шли они через то странное подземное царство, время для юноши пролетело очень быстро…
– Вон, за теми холмами есть ещё одна дорога, – объяснил парню Гном. – Она выведет тебя в расщелину, из которой ты видишь свою землю. Это самый короткий путь, которым можно было добраться до света… Дальше уже пойдёшь сам.
– Благодарю, друзья! – воскликнул Квитка и в ту же минуту полетел, как на крыльях; маленькие человечки помахали ему крохотными ладонями.
И правда, ему не пришлось долго идти, чтобы убедиться в словах Гнома. В конце дорога резко опускалась вниз, а в толстой стене, в которую она упиралась, была узкая трещина, откуда густыми лучами выбивался дневной свет поверхности земли. Юноша легко пролез туда и оказался в редком хвойном лесочке. Оттуда он вышел на прекрасную поляну, где целыми разноцветными хороводами кружили бабочки и цвели невиданной красоты цветы. Парень шагал, куда глаза глядят, и не помнил себя от счастья. И вдруг он заметил над собой большую птицу с блестящим шикарным оперением. Та сделала над ним несколько кругов и приземлилась.
– О! Так это же ты – Птица-Звездоспасательница! – весело воскликнул юноша.
– Да, это я! А ты, я вижу, уже вырос, маленький странный мальчик с торбой всяческих желаний!
– Да! Да! – это я!
– До меня дошли слухи, – продолжала Птица, – что в нашем королевстве появился новый рыцарь Времени. Так это, наверное, ты?
– Я не знаю… – неуверенно проговорил Квитка. – Я не видел Короля уже давно.
– Хихи! – засмеялась Птица. – Так что, может, полетим к нему?
– А как же! – обрадовался парень.
– Тогда вперёд! – и Птица-Звездолов подхватила его на одно крыло и мигом помчалась в безбрежное небо.
– У меня как раз сейчас отпуск, поэтому могу тебя немного покатать, – сказал звёздный кормчий.
Они летели над прекрасной поляной цветов и эльфов, потом над тёмным дремучим лесом, над городами и городками. Квитка сразу же узнал с высоты роскошный город с ослепительными фонтанами и мраморными статуями, где когда-то «царствовал» его знакомый мэр. Наконец они оказались над его первым «родным» городком в стране Времени.
С того дня, когда Квитка в последний раз там был, – в городе ничего не изменилось. Всё такие же маленькие, как ульи, домики жались боками, так же по узким улицам суетились люди. А вот и такая знакомая лавка с вывеской «Соль, чтобы стать человеком…» И конечно же, нельзя было не заметить две стрельчатые башни на центральной площади – Большой Бом и Малый Бим. Звёздная птица приблизилась к первой башне и зафицнула юношу на неё крылом, а сама стремительно полетела дальше.
– Эй! Ты куда! Вернись! – закричал удивлённый юноша.
И тут золотые часы Большого Бома начали изо всех сил пробивать Время… К нему присоединился и Малый Бим. Сидя на карнизе башни, парень поморщился и закрыл уши руками, потому что звук был таким сильным, что казалось, вот-вот его заглушит. Но уже через каких-то несколько секунд всё вокруг стало расплываться и смешиваться. Голубая акварель неба и коричнево-жёлтые оттенки города сплетались в хаотичные узоры, каждый раз меняя форму и объём. Наконец краски превратились в светло-бронзовый туман, который вмиг рассеялся.
Квитка стоял посреди величественного зала, прямо перед ним на высоком хрустальном троне сидел Король…
– Что ж, юноша! Поздравляю тебя! – молвил он. – Море Молчания нам больше не досаждает!
– Я уже думал, что никогда оттуда не выберусь! – сказал парень, и они оба засмеялись.
– Ты достойно прошёл своё испытание! – хвалил его король. – Но я знаю, что тебя тревожит ещё кое-что… – он щёлкнул пальцами, и в его руке появились очки в чудесной серебряной оправе. – Вот, бери! Это очки Времени. Отдашь их бедняге-Астроному. Они вернут ему зрение и радость созерцать звёзды.
Квитка взял в руки очки и забыл обо всём на свете, кроме того, чтобы скорее добраться туда, куда всё время неслись его глубинные мысли – к лесной хижине, где последний раз видел её, мечту и желание. Ключ к счастью теперь держал в своих руках.
– Эт, нет! – с улыбкой возразил Король Времени. – Сначала надо выполнить ещё одну процедуру. Ты стал моим Рыцарем Времени, а такое звание требует определённой церемонии.
Король хлопнул в ладоши, и зал начала быстро заполнять вода. Это была не обычная вода, а неизвестное вещество, похожее на прозрачный голубой мёд. В нём растворились ноги парня, потом его грудь, и, погрузившись в эту воду полностью, парень исчез, как и всё что его окружало – король, стены замка, да и весь мир.
Зато мир появился, когда вода начала спадать, но она уже была не голубого, а малинового цвета. Вместе с миром появился Квитка в точно подогнанных для него золотых одеждах, вокруг перешёптывалась целая толпа изысканно одетых разных служебных, военных, общественных мужчин и женщин. Король стоял напротив парня в простой чёрно-серой форме военного командира, без короны и без водяных часов.
– Не удивляйся, – молвил он, – в этом времени я не король, а обычный человек, как и все здесь присутствующие. Тебе сегодня дарят свои дары действительные основатели страны Времени.
Сначала появилась жёлтая, как осенний лист, змея Мудрость Времени. Она обвила парня собой, пронзительно заглянула ему в глаза, лизнула кончик носа и кольцами своего тела упала на пол, положив голову у ног. Из её пасти выкатился блестящий перстень, на котором ярко переливалась цветами буква «С».
Вслед за змеей в медленном темпе к парню засеменила красная, как ягоды калины, черепаха Поток Времени. Она обошла парня, и возле перстня появился ещё один подарок – песочные часы, похожие на соединённые две капли воды, где внутри бушевали миллиарды частиц-песчинок.
На самый конец толпа присутствующих расступилась, и к юноше, сотрясая пол, подошёл могучий зелёный слон Сила Времени. Это был тот самый слон, что подкидывал звёзды, которого ещё мальчиком Квитка видел вырезанным на дверях, что привели его в этот волшебный мир. Слон оставил юноше простой кожаный пояс, где в разной последовательности были начерчены неведомые знаки и числа, похожие на те, что есть на мантии короля.
Толпа присутствующих принялась хлопать в ладоши, и звук оваций ухватил волшебный ритм неведомой песни, и даже воздух стал колебаться в её такт. Песня вскружила голову, и всё вокруг завертелось в водовороте световых линий. Со звуком цоканья бильярдных шариков вокруг юноши складывались пазлы другого помещения.
Тайны астрономии
Часть 6
Снова король Времени стоял у трона и властно молвил:
– Вот теперь всё, мой Рыцарь Времени. С теми волшебными предметами, что получил от основателей Времени, ты в любую минуту можешь вернуться в мир, откуда пришёл, или куда угодно, куда зовёт твоё сердце. Что касается меня, то я сейчас буду очень занят реконструкцией страны. Когда ты умертвил море Молчания, люди или звери, которые каким-либо образом были заражены болезнями из него, окаменели, а то и вовсе исчезли с лица страны и, наверное, гранитными фигурами торчат среди каменного моря. И что обнаружилось – большинство таких людей – мэры городов... Теперь представляешь, какой для меня наступает день – выбрать во многих городах страны руководство, а это властные должности, это чёткий механизм страны Времени...
Король искренне попрощался с юношей, и новоиспечённый Рыцарь Времени выбежал из дворца короля, держа в руке Звёздные очки. Он спешил как можно скорее познакомиться с господином Астрономом, а сердце уже давно было возле неё…
Но где было искать того Астронома? Казалось, он растаял, так же как и всё вокруг, в той голубоватой медовой воде, а в новом «измерении» так и не появился. И юноша, слегка опечалившись, опустил голову. Но в ту же самую минуту он услышал за спиной что-то похожее на фырканье коня и обернулся.
– Ворлик! – закричал он от радости. – Ворлик, это ты?!
Возле него стоял прекрасный вороной конь с золотой упряжью. На нём было такое же изысканное и расшитое золотыми нитями седло. Густая грива коня переливалась на солнце, как шёлк, а глаза были добрыми и доверчивыми. Да, это был он, Ворлик.
Квитка кинулся его обнимать, но тот больше не говорил человеческим голосом. Он только ласково и доверчиво смотрел на своего хозяина.
– Вот какое у нас сейчас дело! – сказал ему парень. – Надо разыскать одного дяденьку, чтобы отдать ему вот эти очки.
Ворлик утвердительно мотнул головой и ударил о землю копытом. Парень мигом вскочил на него, и они полетели к старовековому лесу, где жил бедолага-Астроном.
Теперь им без проблем удалось найти дорогу и доехать до самой хижины. И хотя странствовали они довольно короткое время, юноше этот промежуток показался самым долгим в его жизни…
Ещё издалека Квитка увидел печального Астронома, который сидел возле хижины-пещеры и вслепую что-то вязал из гибких прутиков.
– Господин Астроном! – бодро воскликнул парень. – Сегодня у нас с Вами большая радость! Я привёз Вам волшебные звёздные очки, чтобы Вы снова могли видеть.
Дяденька сначала смутился, не понимая, что происходит, но тут же из хижины выбежала та милая красавица, которая когда-то раз и навсегда забрала сердце нашего отважного рыцаря. Её нежно-голубые, как весеннее небо, и игриво-искристые, как быстрая река, глазёнки засияли светом любви и надежды. Она-то тоже ещё с их первой встречи мечтала быть рядом…
– Наконец всё кончилось, – заговорил Квитка, словно славный полководец, что вступил в освобождённый город. – Теперь я стал Рыцарем Времени и смог достать для Вас вот эти очки. Я знаю, что Вы пострадали из-за меня, и потому считаю своим долгом спасти Вас.
Парень соскочил с коня и положил в руку Астронома волшебный дар; тот поспешил надеть их и удивлённо оглянулся вокруг – он видел! Его удивление и восторг был настолько велики, что он даже не мог поблагодарить, а лишь растерянно мотал головой, глядя то на парня, то на дочь.
– Коварная Ведьма Желаний тоже побеждена, – обратился теперь Квитка к девушке. – Она больше не будет вставать у нас на пути и использовать одного против другого. Это тебя, прекрасная девушка, я видел на одних из дверей овальной комнаты, из которых дал мне выбирать король. Но я не жалею, что решил выбрать те двери со звёздами, тот самый тяжёлый путь, полный трудностей и обманов. Ведь только пройдя все испытания Судьбы, можно стать Человеком и стать достойным своей мечты! А теперь скажи мне, красавица, хотела бы ты быть со мной сейчас и всю оставшуюся жизнь? – спросил юноша, хотя уже заранее прочитал в её глазах ответ.
– Конечно, хотела бы! – зазвенел, словно лесной ручеёк, юный голос, и она со счастливой улыбкой бросилась в его любимые объятия.
– Кхе, кхе... Так. Так... – закхекал старый господин Астроном, разглядывая через очки Времени объятия влюблённых детей, – Воистину законы физики неизменны во всём мире! Для того чтобы увидеть настолько близкого и родного тебе человека, нужно очень далеко отойти от него и в пространстве, и во времени... Нельзя увидеть любовь вблизи, как и звезду в упор. Для того чтобы увидеть что-то величественное и высокое, нужно опуститься глубоко вниз... Тот, кто способен отступать от близорукости и наблюдать далёкие звёзды, тот непременно будет видеть и чувствовать их тепло и любовь рядом, будто никуда и не отступал. Парадоксы астрономии...
Господин Астроном углубился в размышления, но его за рукав разбудила счастливая дочь. Она держалась за руку не менее радостного Рыцаря Времени и дёргала отца за рукав:
– Папа, покажи нам звёзды, те – самые лучшие...
– Самые лучшие звёзды для меня – это вы, – мудро заметил господин Астроном, – но кое-что я вам всё же должен показать. Пойдёмте со мной.
И Астроном повёл молодых к своему телескопу, который был похож на выкопанный среди тёмного леса колодец. Долго спускались ступеньками вниз, но результат превзошёл ожидания.
Внизу телескопического колодца стоял стул, над которым на разных планках качались стеклянные шарики, то собираясь в калейдоскопические орнаменты, то разбегались, по кругу разбрызгивая световые тени.
– Садись и смотри вот сюда! – Указал юноше Астроном и натянул на его глаза шлем из тысячи стеклянных шариков, похожих на кошачьи глаза.
– Страны Времени по земным меркам не существует... – объяснял он. – Но ведь на самом деле мы есть. Такие парадоксы часто-густо случаются в природе духовных вещей, когда реально ничего не видно, однако существование фиксируется событиями и датами. В данном случае из событий и дат мы смотрим в реальный земной мир из глубины размеренного (лирического) времени, и чем сильнее желание – тем реальнее содержание... Так меня поймала Ведьма Желаний, царство ей гранитного камня! Я тогда хотел увидеть, откуда ты появился в нашей стране Времени, и я для этого очень желал...
На глаза Квитки плеснула студёная волна молока, и в миг он стал словно фокусом объектива кинокамеры, фокусируя собой предметы, объекты физического мира. Так что речи Астронома он уже не слышал.
Квитка летел к звёздам. Звёзды были похожи на цветы, но другого масштаба и порядка, другого физического значения. В первую очередь, эти небесные цветы боролись с пустотой холода, заполняя своими лучами пустоты небесного мира. И не удивительно, что зелёный слон Силы Времени швырял их в те места, где больше всего нужна была теплота ночных светил. Из обычной крапинки вырастали огненные полотна вечности.
В глазах парня световые крапинки увеличивались, приближаясь в разноцветные пылающие мячи. Они вертелись, сталкивались друг с другом, как шарики бесконечного лототрона, и их судьба зависела от скорости вечного движения. Квитка махнул ещё дальше за звёзды, когда они превратились в крупинки суетливого золотого песка. И тут…
Вынырнул в вязкой субстанции приятного голубого цвета, а через миг распознал в этой субстанции небольшую рыбку... А дальше ещё одну, похожую на окуня… Он словно вынырнул из воды фантазий в свой реальный мир.
Глаза резанул яркий свет большой звезды, и он узнал её – это было Солнце!
Солнце пылало над знакомым с детства лесом, горизонт заслоняли тёплые от солнечного сияния горы, под ними на пологих полонинах соединялись в хутора хатка. Это же его родное село! Вот его родные и знакомые люди занимаются земными делами. Дед Хвиртка гонит на пастбище свою козу Любу. Сосед пан Беник ремонтирует колесо своего джипа. Вот его друзья идут в школу, а между ними и он сам...
Он узнал себя... В реальном мире он всё тот же мальчишка. Над ним всяк насмехается. Его так никто и не понимает. А в портфеле между книжками он несёт рисунок, рисунок, который рисовал тихим вечером при свете фонарика, потому что отец запретил включить свет...
Громом гремит голос учителя: «Квитка, ты выполнил домашнее задание? На прошлом уроке мы изучали земноводных, и надо было всем нарисовать жабу!»
«Я не смог нарисовать жабу, – говорит он обиженным голосом, – я нарисовал вот...» Кто-то из учеников дёргает его сзади за волосы, и класс смеётся.
Учитель наклоняется к рисунку. «Опять твои фантазии не в тему! – Замечает учитель. – Пусть уж рака с пакетами соли я тебе простил, чёрного коня вместо червяка в разрезе простил, но уже довольно. Жабу я тебе не нарисую!»
Учитель швыряет рисунок на парту и идёт к журналу ставить оценку. На парте среди школьных вещей плачет каплями мокрых слезинок реальности детский рисунок с портретом девочки, держащей металлический обруч...
Рыцарь Времени не выдержал, глядя на самого себя, на те обиды, которые приходится терпеть в реальной жизни, и он использовал волшебные дары основателей страны Времени.
– Пусть оживут рисунки! – Приказал он. И в школе, на уроке биологии случилось то, чего на долгие годы не хотят вспоминать ни учитель, ни друзья мальчика Квитки.
Рисунки ожили. Из портфелей полезли в класс здоровенные рисованные, но живые жабы, разрезанные червяки, пчёлы, мухи. Они были такими, какими их нарисовали, где-то с неохотой, где-то недоделанными, как следует. В классе поднялся гам, визг девчонок, перепуганные мальчишки прятались под парты, но и там сновали рисованные гадюки и пауки... Учитель отбивался сразу от двух профессоров, что ожили с портретов, – от Ильи Мечникова и от академика Павлова. Профессора крутили учителю биологии уши, цитируя учебные постулаты «против природы не попрёшь!». Лишь Квитка в уголке счастливо разговаривал со своей нарисованной волшебной девочкой.
– Меня зовут Ли-ли, – смеялась колокольчиком она.
Квитка восхищённо и по-детски застенчиво признался:
– Я тебя рисовал... Ты была моей тайной.
С тех пор реальное время течёт цепями привычных событий, но уже над Квиткой никто не насмехается. Учитель попал в больницу к другим профессорам, которые лечат нервные расстройства. Одноклассники Квитки рисуют свои желания в тетрадях и искренне верят, что когда-то эти желания оживут, так же, как для Квитки.
А в стране Времени всё течёт вместе с рекой Мигом – (лирический) час складывается в (лирические) сутки, даря бесконечность общения для влюблённых прекрасных людей – Рыцаря Времени и его девушки, дочери господина Астронома. Они живут в волшебном лесу, куда иногда приезжает сам Король, чтобы приобрести ещё одну картину искусного знаменитого художника. Бывает в гостях и Королева Судьбы, каждый раз с улыбкой напоминая, что именно она подсказала девочке, куда надо нести металлический обруч для покраски.