Как схватит Галя копыстку, как начнёт лупить своего счастливого мужа и кричать:

— И за какие грехи ты выбрал именно меня?!

2. ПРО ГАЛАЛАЯ И ПРАЗДНИК ВЕСНЫ

Как бы быстро и красиво ни рассказывали люди — дело всё равно делается дольше, тише и тяжелее.

Вот и тогда, когда среди широких степей, возле кудрявой речушки, меж высоких курганов жил казак Галалай со своей верной Амазонкой Галей Галалаихой, и пели они песни так широко и высоко, что степные шныри и дикари зарывались в землю поглубже, лишь бы не слышать вольного пения, — именно тогда и завёлся вокруг Дух Гнилой.

Что это был за дух и откуда взялся — знала только трёхъязыкая ведьма. Да и то путалась языками, свистела больше, чем говорила, а глаза её так и сыпали завистливым огнём.

Лепил Дух всякую мерзость из степной глины.
А глины в степи столько, что хоть целый мир из неё лепи — ещё и на трубку останется.

Ползла эта погань между курганами ржавыми пятнами.
На тех пятнах даже травинка не росла.
Даже дождь брезговал падать туда.

Только какой-нибудь жук по глупости заползёт на такую землю — и сразу делается таким мудрым, что ложится лапками кверху и смотрит в солнце, будто ищет у него ответ:

«Что делать?..»

Да что тут сделаешь.

— Что тут сделаешь… — заплакал однажды Галалай над своим конём Райчиком.

Прижалась к нему Галя чёрной лентой, которой волосы перевязывала, и тоже заревела.

Умер Райчик.

Не выдержал своего века.